Даниэль ничего не ответил, и Джози глубоко вздохнула, прежде чем с головой бросилась в эмоциональную авантюру, о которой позже могла сильно пожалеть, но прямо сейчас девушка почувствовала в себе настоятельную необходимость высказаться.
— Я хочу сказать, что теперь доверяю тебе так, как раньше доверяла только отцу, и все мои инстинкты с этим согласны.
Джози никогда не пасовала перед трудностями, но это признание далось ей нелегко, и странная реакция Даниэля на ее слова лишь стала тому доказательством.
Внезапно мужчина отстранился от нее, и девушка почувствовала, что он словно закрылся, отгородившись от ее слов.
— Я не рыцарь в сияющих доспехах, Джози. Не строй насчет меня воздушных замков. Хотя ты мне далеко не безразлична, не стоит ждать от меня слишком многого.
— Я не это имела в виду, — его слова, заставили ее почувствовать себя какой-то жалкой попрошайкой. — Разве ты не слышал, что я сказала? Я сама могу о себе позаботиться.
— Да, можешь. И ты не нуждаешься в том, чтобы я присматривал за тобой.
Так, помнится?
Джози не могла сосредоточить свое внимание на мониторе. Она снова перевела взгляд на Даниэля, у которого, похоже, таких проблем не наблюдалось, так как мужчина с непроницаемым выражением лица продолжал просмотр слайд-шоу.
— Если ты действительно не намерен опекать меня, то почему запретил выйти на улицу сегодня утром? Зачем настаивал на том, чтобы помочь мне найти отца и расследовать причины взрыва?
Его лицо теперь казалось будто высеченным из камня.
— Я уже объяснял. Я должен участвовать в расследовании, потому что являюсь совладельцем школы, и твой отец — мой деловой партнер.
И уберечь тебя от необоснованного риска тоже является частью нашего расследования.
— Так значит, лично я не имею никакого отношения к твоим действиям за последние три дня? — спросила Джози, отказываясь поверить в то, что он мог быть настолько эмоционально отчужденным, как могло показаться из его слов.
— Нет."
"Ее охватило чувство облегчения. Они с Даниэлем в очередной раз страдали от недопонимания, и ей начинало казаться, что это всегда останется для них проблемой.
Они думали по-разному. Его мысли были ей столь же чужды, как если бы он был марсианином. Кстати, то же самое утверждала и одна популярная книжка о взаимоотношениях полов.
— Мое решение уложить тебя в постель не имело никакого отношения к расследованию. Это уже личное.
— Но временное, — произнесла она машинально, услышав себя как бы со стороны.
— Ты говорила, что тебя все устраивает.
