А вот он, попробовал перевоплотиться обратно в человека и не смог!
Он стоял на берегу в виде волка над Илиасом, который мирно спал. Виктрану не оставалось ничего, как обернуться вокруг ребенка, чтобы не дать ему замерзнуть.
С некоторым удивлением, он заметил, что одежда ребенка прямо по воздуху летит к ним с островка, на котором герцогиня ее оставила.
Священная Роса заботилась об их здоровье. А Виктран четко понял — больше его прикосновения не причинят им вред.
Именно им — и тем, кого леди Анастейза посчитает для себя родными. Не формально на бумаге или по праву крови, а именно внутренне…
* * *«Учись заново».
Эти слова Священной Пары постоянно звучали в голове Виктрана. Он повторял их каждый раз, когда не мог взять в толк откуда эта герцогиня взялась. Право слово, она вела себя не как аристократка. Да и крестьянкой ее назвать нельзя. Женщина совершенно не вписывалась в его представления.
И тот факт, что он совершенно не помнил себя, ничем не мешал. Он просто знал, что все должно быть не так, и мог уверенно сказать, где именно «не так». Это было как дыхание: легко и непринужденно.
То, что леди благородных кровей — никакого сомнения не вызывало, но вот должного образования точно не получила. Не для того статуса, который она имела.
И пусть герцогиня Моррисон сирота, и то золото, которое королевство выделяло на ее содержание опекуну вряд ли было использовано по назначению в полной мере, тем не менее уж ей-то должно было быть известно, что положение госпожа и слуга — незыблемо.
Она же судила всех, не оглядываясь на статус.
Удивляло Виктрана это лишь потому, что юные аристократки, даже обнищавшие, никогда подобным не заморачивались. Наоборот, чаще выставляли себя выше других, отыгрываясь на тех, кто ниже по положению. Виктран точно знал, что в своем прошлом высмеивал тех, кто кичился статусом, и сам судил окружающих его людей по труду, заслугам и деяниям.
Но почему так же относится к слугам та, у которой за спиной не было защиты? Ее муж яркий тому пример, для него все, кто ниже его по рождению — не люди. Какими бы выдающимися не были их заслуги перед королевством или герцогством Дарремским.
Леди Анастейза совершенно не боялась ни слухов, ни осуждения.
