Желчный Ангел

Заголовки новостей начинались со слов «Сверхъестественный, невероятный, небывалый, первый за всю историю». Первый за всю историю сильнейший магнитный шторм силой в девять баллов накрыл Евразийскую часть земного шара. Пятно в восточном полушарии Солнца взорвалось, высвободив энергию сотен миллионов термоядерных бомб. По счастливой случайности она прошла мимо Земли. Но небольшая часть все же достигла нашей планеты. Вышли из строя два модуля Международной космической станции, сошли с орбиты сорок искусственных спутников Земли.

В средней полосе России верхние слои атмосферы полыхали немыслимыми цветами. В роддоме, где уже второй день лежала Маргарита, мигал свет, отказывали приборы. Она звонила Вадиму и кричала в трубку: почему именно на ее роды во Вселенной случился такой кавардак? Муж успокаивал и велел, что бы ни случилось, правильно дышать. На два счета – вдох, на четыре – выдох.

Воды отошли ночью. Пузырь лопнул глухо и торжественно, как гелевый шарик, налетевший на шпиль Останкинской башни.

Маргошу повезли в родильную комнату.

За коридорными окнами в середине июля в Москве разноцветной электроэнцефалограммой плясало северное сияние. С врачом и акушеркой – Вадимиными друзьями – договорились заранее, их оповестили, через час-полтора они должны были приехать в больницу.

Хирург тоже выскочил из постели и, натягивая брюки, прижав к уху телефон, шептал жене теплые слова. Маргарите подключили капельницу и оставили на время одну.

Продолжались схватки. От боли сводило таз, позвоночник и челюсть. За окном что-то вспыхнуло.

Из форточки потянуло горелым. Марго молилась, чтобы Вадим приехал раньше, чем начнется пожар.

И он приехал. Ворвался в родильный зал первым, уже в халате. Возле него суетилась дежурная акушерка Рената.

– Полгорода осталось без света, – сообщила она. – Массовые аварии на электростанциях. Возможно, метро будет работать с перебоями.

– Для нашей роженицы это лишняя информация, – грубо осек ее хирург и погладил жену по голове. – Я с тобой. А значит, ничего плохого не случится.

Мы родим, даже если рухнет весь мир.

– Вадик. – Марго выдохнула после очередной схватки. – Как-то все в суете… как-то все не вовремя. – Она сжала его кисть ослабшими пальцами. – Я никогда не произносила это вслух. Я психолог, учу людей говорить ртом о том, что у них на уме, а сама…

– Да что случилось? – Вадим убирал с ее лба мокрые пряди.

– Я люблю тебя… Никого, кроме тебя… Люблю впервые в жизни…

Он поднес ее руку к своим губам и тыльной стороной вытер слезы.