— Давайте обсудим всё это позже, хорошо? — Сказал я. — Что нашли эксперты?
— Ничего. В телах погибших не обнаружено следов каких-то веществ. Нет вообще никаких свидетельств, что они принимали их когда-либо. Самый серьёзный «яд», который они употребляли за свою жизнь это самая обычная водка.
— Но это получается, что… — Начал Багратионов.
— Что дед и отец действовали, будучи в здравом уме и твёрдой памяти, — закончил я за него.
— Это же абсурд, ты сам должен это понимать, — сказал глава Гвардии.
— У кого есть иные версии, которые бы пролили свет на происходящее? С удовольствием их выслушаю.
Но все молчали. Только что была разрушена единственная разумная версия происходящего. Мы снова в тупике и не получили ни одного ответа что же произошло на самом деле.
Я посмотрел на свои ручные часы. Всё было нормально, секундная стрелка не пошла в обратную сторону. А значит у Винчи действительно нет никакой информации, в том числе и той, которую не стоило озвучивать публично.
— Хотя возможно мы просто не там ищем и что-то упускаем, — сказал я, забирая узел связи и пряча его в карман.
— Вы, как хотите, господа, а я покидаю это место. Уверен, что все наши дальнейшие действия не принесут никаких результатов.
— Ты просто так сдаёшься? — Спросил Леонид.
— Нет, не сдаюсь. Я и мой ИИ будем копать дальше, но уже не столь активно и так сказать фоном. В данный момент мы не сможем получить ответы на свои вопросы. Остаётся что? Выжидать. Рано или поздно случится что-то ещё и вот тогда у нас появится шанс разгадать эту тайну.
А если нет… Возможно эта история так никогда и не получит продолжения.
— Но мы продолжим своё следствие.
— Мешать не буду, даже готов предоставить ограниченный доступ к моему ИИ, чтобы вы справились быстрее. Возможно, именно вы накопаете что-нибудь полезное. Но я всё же сомневаюсь в этом.
— А ты не боишься Чёрный? — Неожиданно спросил глава Бюро. — Что-то произошло с твоими ближайшими родственниками. Почему-то они готовы были уничтожить тебя любой ценой.
Возможно, кто-то очень желает тебе смерти. И вряд ли они остановятся на этом.
— Бояться стоит этим неизвестным, а не мне, — повернул я голову в сторону мужчины. — Ибо когда я их найду, не «если» а именно «когда», то они познают настоящий страх.
С этими словами я покинул кабинет своего деда. Не удержался от пафосной фигни. Но так уж у нас принято — собираешься идти на войну, будь добр ясно выскажи свои намерения.
