Жемчужина Лабуана

 – От кого же вы его слышали?

– Я прочел его на обложке этой книги, и мне сразу подумалось, что та, которая носит его, должна быть чудесным созданием.

– Вы шутите, – сказала молодая леди, покраснев. И, стараясь переменить разговор, спросила: – Это правда, что вас тяжело ранили пираты?

– Да, – глухим голосом отвечал Сандокан. – Меня ранили, мне нанесли поражение, но когда-нибудь я поправлюсь, и горе тем, кто сделал это.

– Вы очень страдали?

– Не очень, миледи. А теперь и совсем не чувствую боли.

– Надеюсь, вы поправитесь быстро.

– Наш князь храбрец, – сказал лорд. – Я не удивлюсь, если дней через десять он будет уже на ногах.

– Надеюсь, – ответил Сандокан.

Внезапно, не отрывая глаз от лица девушки, на щеках которой играл свежий утренний румянец, он порывисто воскликнул:

– Миледи!.. Это правда, что вы носите другое, еще более прекрасное имя?

– Как так? – спросили одновременно лорд и молодая девушка.

– Да, да! – с силой воскликнул Сандокан. – Только вас, именно вас, местные жители называют Жемчужиной Лабуана!.

Лорд сделал удивленный жест, и глубокая морщина обозначилась у него на лбу.

– Друг мой, – сказал он строгим голосом. – Как же вы узнали это, если приехали с далекого малайского полуострова?

– Невозможно, чтобы это достигло вашей страны, – удивилась и леди Марианна.

– Я услышал это не в Шайе, – ответил Сандокан, который едва не выдал себя, – а на Ромадес, где я высаживался несколько дней назад. Там мне рассказали про девушку несравненной красоты, с голубыми глазами, с волосами, ароматными, как жасмин, амазонку, которая скачет на лошадях и охотится на диких зверей, о таинственной девушке, которая на заходе солнца появляется на берегах Лабуана, очаровывая всех своим пением, более нежным, чем журчание ручья.

– Вы мне приписываете слишком много достоинств! – ответила леди, смеясь.

– Нет, я вижу теперь, что эти люди говорили мне правду! – пылко воскликнул пират.

– Это лесть, – покраснела она.

– Дорогая племянница, – вмешался лорд, – нам пора уходить, иначе ты околдуешь и нашего князя.

– Я уже покорен! – воскликнул Сандокан. – И, когда я покину этот дом и возвращусь в мою далекую страну, я скажу моим соотечественникам, что есть девушка, которая покорила сердце человека, считавшееся неуязвимым.

Беседа продолжалась еще немного, касаясь то родины Сандокана, то пиратов Момпрачема, то Лабуана, и вскоре, пожелав ему скорейшего выздоровления, лорд и его племянница ушли к себе.