Жемчужина Лабуана

Значит, на вас напали пираты? Но где?

– За несколько часов до моего появления на этих берегах.

– Вы, по-видимому, ошибаетесь, князь. Как раз в эти дни наш крейсер плавал в тех местах, но ни один пушечный выстрел не донесся до нас.

– Наверное, ветер дул не в вашу сторону, – отвечал Сандокан, который начинал уже настораживаться, не зная, куда клонит офицер.

– Но как вы добрались сюда?

– А вы не видели сражения между двумя пиратскими кораблями, которые привел сюда Тигр Малайзии, и нашим крейсером?

– Сударь, вам, кажется, внушают сомнения мои слова? – спросил Сандокан, вставая на ноги.

– Боже меня упаси, князь, – отвечал офицер с легкой иронией.

– Дорогой Вильям, – вмешался лорд Джеймс, – прошу вас не заводить споры в моем доме.

– Простите, милорд, у меня не было такого намерения, – ответил офицер с полупоклоном.

– Не будем спорить о пустяках. Отведайте-ка лучше этого замечательного виски и выйдем на воздух, в парк.

Собравшиеся в последний раз оказали честь угощению хлебосольного хозяина, затем все встали и спустились в парк в сопровождении Сандокана и леди.

– Господа, – сказал лорд Джеймс, – надеюсь, вы вскоре снова приедете навестить меня.

– Будьте уверены, – дружно сказали охотники.

– И, надеемся, в следующий раз фортуна будет более благосклонна к вам, баронет Вильям, – добавил он, обращаясь к офицеру.

– Я буду целиться лучше, – отвечал тот, бросая на Сандокана гневный взгляд. – Разрешите еще одно слово, милорд.

– Хоть два, дорогой.

Офицер прошептал ему на ухо несколько слов, которых никто не мог слышать.

– Хорошо, – кивнул ему лорд. – А сейчас доброй ночи, друзья, и пусть бог оградит вас от недобрых встреч.

Охотники сели на лошадей и галопом выехали из парка.

Сандокан попрощался с лордом, который неожиданно помрачнел и, казалось, впал в дурное настроение, страстно пожал руку молодой девушке и тоже удалился в свою комнату.

Но он не лег спать, а принялся ходить из угла в угол, объятый сильным волнением.

Он думал о том допросе, которому подверг его морской офицер, возможно, готовивший ему западню. Кто этот офицер? Что толкнуло его на этот допрос? Не был ли он на палубе крейсера в ту кровавую ночь?.. Может быть, в этот самый момент против него что-то замышляется?

– А, – сказал он себе наконец, – если против меня и замышляется что-нибудь, я смогу найти выход из положения.