Жемчужина Лабуана

– Погонщик, – сказал Тремал Найк, – мы близко к тому месту, где ты оставил Джубу?

– Дайте-ка я посмотрю, – вызвался Бедар. – Ждите меня здесь.

– Если увидишь их, сразу же назад, – сказал ему Сандокан.

Сипай проверил свой карабин и, бросившись на землю, пополз, как змея.

– Приготовьтесь, – приказал Сандокан своим людям, – я чую нутром, что эти негодяи ближе, чем мы думаем.

Не прошло и полминуты, как совсем рядом прогремел выстрел. Крик боли и отчаяния последовал за этим.

– Канальи! – вскричал Сандокан, бросаясь вперед.

Впереди зашевелились ветви деревьев, и из зарослей появился Бедар, прижимая обе руки к груди. С бледным лицом и остановившимся взглядом он шел им навстречу на подгибавшихся ногах.

– Бедар! – вскричал Сандокан, бросаясь к нему.

– Я… умираю… там… засада… на слоне… на…

Индиец упал ему на руки. Поток крови, хлынувший горлом, прервал его фразу. Он обратил глаза к Тремал Найку, как бы посылая ему прощальный привет, и выскользнул из рук Сандокана, упав на траву.

– Я уничтожу этих негодяев! – завопил Тигр Малайзии. – За мной!

Шесть пиратов, Тремал Найк и погонщик бросились через чащу, как ураган, забыв об осторожности, не прячась и не маскируясь.

Сразу же за кустами они увидели группу людей, вооруженных карабинами, сидевших на одном из слонов, и прямо на бегу, без промедления открыли по ним убийственный огонь. Сандокан и Янес стреляли в животное; а другие целились в паланкин, где было восемь человек, в том числе и оба туга в огромных тюрбанах.

Захваченные врасплох, они беспорядочно отстреливались; слон их, раненный тяжелой медной пулей, завертелся за месте, мешая целиться и угрожая всех их опрокинуть.

Разрядив, как попало, свои карабины, они попрыгали на землю с риском сломать себе шею и побежали, как зайцы, сквозь кусты.

Сандокан быстро перезарядил свой карабин.

– Нет, мерзавцы! – крикнул он. – От меня не уйдешь!

Один из двух тугов остался в паланкине, сраженный пулей, но другой бросился за убегавшими, крича им, чтобы они остановились и повернули назад.

Тем временем остальные, видя, что раненый слон взбесился от боли и вот-вот бросится на них, открыли по нему стрельбу и прикончили его.

– Все, бой окончен, – отирая пот со лба, сказал Янес. – Жаль, что погиб наш храбрый Бедар!

– Похороним его здесь, – предложил Сандокан.