Жемчужина Лабуана

Несколько мгновений туг еще держался прямо, устремив на противника взгляд, полный ненависти; потом на губах его показалась струйка крови, и он упал, хватаясь за рукоять пронзившего ему грудь оружия.

Тигр Индии был мертв!

Перешагнув через него, Янес и Тремал Найк кинулись в комнату, на пороге которой он лежал. Это была маленькая уютная спальня, где под пологом на кроватке, отделанной золотом и перламутром, среди шелковых покрывал спала девочка с ангельски-ясным лицом и светлыми волосами.

Быстрым движением Тремал Найк поднял ее и исступленно прижал к груди.

– Дарма! Девочка моя! – воскликнул он, не в силах сдержать слезы. – Дочь моя, жизнь моя!..

– Папа! – сказала девочка, открыв полусонные голубые глаза. – Где ты был? Я так долго ждала тебя!..

В тот же миг странный грохот потряс весь дом до основания, а с улицы донеслась яростная ружейная пальба.

– Англичане! – послышался крик Сандокана с террасы. – Все кончено! Они ворвались в Дели!

По улицам неслись уже эскадроны кавалерии, рубя без пощады беглецов и топча их копытами коней.

– Надо уходить, – сказал своим Сандокан. – Если нас тут захватят, то всех убьют, несмотря на пропуск и письмо губернатора. Попытаемся как-нибудь добраться до нашего бунгало.

Они взяли карабины и поспешно покинули дом. Бережно завернув Дарму в покрывало и прижав ее к груди, Тремал Найк спустился за ними. Перед особняком был широкий двор, с трех сторон окаймленный садом.

– Переберемся через ограду и спрячемся под деревьями, – предложил Сандокан. – Надо пропустить кавалерию, а затем выйдем на улицу.

Но только они подошли к ограде, как ворота с шумом распахнулись, и во двор с отчаянными воплями ворвалась толпа беглецов, по большей части детей и женщин.

– Слишком поздно! – воскликнул Сандокан, срывая с плеча карабин. – Мы попали в переделку!

Семь или восемь кавалеристов влетели на взмыленных конях следом за беглецами, яростно размахивая саблями.

– Бей! Руби!.. – кричали они, тесня своими лошадьми обезумевших от ужаса людей.

Сандокан одним прыжком бросился вперед, заслонив собой беглецов, которые с воплями и плачем забились в угол двора, и решительно наставил карабин на солдат.

– Стойте! Прекратите! – загремел он. – Вы бесчестите английскую армию! Стойте, или мы перестреляем вас, как бешеных собак!

Тремал Найк, передавший дочь Сирдару, и Янес с карабинами в руках встали рядом с ним.

– Убрать этих негодяев! – закричал, не слушая его, сержант, командовавший отрядом.

– Осторожнее! – предупредил Сандокан.