То, что он говорил, звучало правдоподобно, и все же…
– Надеюсь, судья сможет подтвердить все, что ты мне только что рассказал?
Ник подошел к ней и посмотрел ей в глаза:
– Ты все еще не веришь мне, да?
– Просто…
Он покачал головой:
– Патрис тоже не поверила. Она ушла от меня, даже не пожелав выслушать… Знаешь что, дорогая, я даже рад, что ты все узнала до того, как я предложил тебе выйти за меня замуж.
– Выйти за тебя замуж? – глаза Адриенн расширились от изумления.
– Да. Возвращаясь сегодня из деревни, я ругал себя за то, что не сказал тебе всего раньше.
Я думал: черт, ты даже не дал ей шанса. Расскажи ей все, и она поймет. Тогда ты сделаешь ей предложение, и вы будете жить счастливо до конца своих дней. Но я ошибся. Мой план оказался неудачным, потому что ты не обладаешь качествами, которые я надеялся найти в тебе. Ты идешь по жизни с завязанными глазами. Ты видишь только то, что хочешь видеть. Ты можешь испытывать страсть, это правда, но ты не знаешь, что такое сострадание. Сказать по правде, лучше я буду жить монахом.
Адриенн обдумывала слова Ника. Постепенно до ее сознания доходило, что он действительно мог оказаться жертвой двух проходимцев. Но она еще не была готова принять это окончательно.
– В газетах писали, что ты скрылся с целым состоянием, в то время как твои партнеры отправились за решетку?
– С целым состоянием? – Ник усмехнулся. – Чем доверять газетным сенсациям, спроси лучше у прокурора об этом состоянии. Его имя Вэйнстейн.
– Почему бы тебе самому не рассказать мне, что ты сделал с этими деньгами.
– Ты все равно не поверишь мне.
– Я понимаю, что ты сейчас чувствуешь, но, может быть, все-таки расскажешь?
Адриенн ждала. Ник молчал.
– Ник? – она протянула к нему руку.
Он не пошевелился. Ее пальцы коснулись его кожи. Никакой реакции. Только на губах у него застыло подобие усмешки.
– Не трогай меня, – в конце концов выдавил из себя Ник.
Адриенн отдернула руку и сжала ее в кулак.
– Хорошо.
– Все имущество, принадлежащее нашей компании, было конфисковано. Счета заморожены.
Я продал свой дом, машину, домик в горах. Я продал все свои страховые полисы и муниципальные облигации. Я собрал все деньги и отдал их Вэйнстейну.
– Почему именно ему?
– Для создания фонда компенсации убытков потерпевшим."
"Адриенн вспомнила, что однажды ее бабушка получила письмо, уведомлявшее об этом фонде, но в нем не было сказано, кто финансирует его. Адриенн решила, что, наверное, это делает правительство. Она сама помогала Грейси заполнить бланк.
