Жена Берсерка

Пообещала шепотом Крысенышу, по-прежнему прыгавшему возле нее:

— Как придем, дам тебе кость. Только тихо, ладно?

— Тихо, — вдруг гаркнул Харальд — на ходу, не останавливаясь и не оборачиваясь к ней.

Крысеныш тут же метнулся в сторону. Забава, тоже испугавшись окрика мужа, замерла.

Потом снова кинулась его догонять. Чувствуя себя ненужной, лишь мешающей…

Дойдя до загона перед псарней, Харальд начал швырять кости псам, отпихивая ногой тех, кто уже получил свою долю — но снова лез. Потом, оглянувшись на нее, выбрал мосол покрупнее.

Кинул Крысенышу, державшемуся в стороне от злых кобелей. Прикрикнул, когда у него попытались отобрать кость. Того сразу же оставили в покое.

Забава, стоявшая у ограды, посмотрела на него с благодарностью. Сказала, когда муж вышел из загона:

— Это твой пес — но с моей псарни, — спокойно сказал Харальд, запирая дверцу. — Не за что.

Ей вдруг захотелось его обнять — но она устыдилась этого желания. Муж уже развернулся, бросил через плечо:

И зашагал, возвращаясь обратно на кухню.

Зато там наконец Забава смогла ощутить себя полезной. Харальд разворошил стопку с чистыми глиняными мисками, выбрал одну из середины. Она, стоя рядом, протянула руки, попросила:

Он быстро сунул ей посудину, кивнул на котел с густой похлебкой, висевший над огнем. Приказал коротко:

А сам, пока Забава наполняла миску, набрал другой снеди — хлеба, сыра, чего-то еще. Налил в кувшин эля из бочки, выбрал ложки, прихватил две чаши…

Идя следом за Харальдом к главному дому, Забава все косилась на миску.

И ступала осторожно, чтобы не расплескать. Думала со смущением, что муж из-за нее сейчас позорится перед своими воинами. Видано ли дело, чтобы ярл, целый воевода, князь по-нартвегрски, за собой везде бабу таскал? Днем, да прилюдно?

Из-за всего этого в трапезную главного дома, где уже сидело несколько человек, Забава вошла с робостью. Харальд вдруг оказался рядом, тихо бросил:

И она вскинула подбородок. Подумала горестно — нет, не дело это.

Надо бы сказать Харальду, чтобы позволил ей в другой раз остаться в женском доме.

Все, кто сидел за столами в трапезной, сейчас смотрели на нее. Забава выдавила:

— Доброго, — отозвалась пара голосов.

— Позови Кейлева, — велел тем временем Харальд одному из сидевших.

Воин торопливо поднялся. Бросил на Забаву взгляд — любопытный, с хитрым прищуром.

Она вдруг вспомнила Рагнхильд — и в ответ надменно вскинула брови.