Жена Берсерка

Вот сидит Сванхильд, которая сначала бегает к рабыне и носит ей свои платья — а потом начинает к ней же ревновать.

Хоть бы спросила сначала, почему он оказал такую милость бабе из рабского дома. Но нет, побежала на берег, забыв про краке, про участь старухи по имени Грит…

И он носится по крепости, на глазах у своих людей разыскивая жену, которая не пожелала прийти вечером в его опочивальню. Жену, которая дерзит ему на людях.

Потом она заливается слезами. И объявляет, что не ляжет в постель, где спала другая.

И ведь не ляжет, подумал Харальд, припомнив Хааленсваге — там девчонка отказалась идти в его покои, откуда он только что выставил темноволосую. Помниться, тогда он пообещал, что ударит ее, если она посмеет снова ослушаться его, да при людях.

А в этот раз за дерзкие слова всего лишь пригрозил посадить на цепь. Причем по ее же совету.

Что-то я размяк, подумал Харальд. И ухмыльнулся, на этот раз открыто. Объявил:

— Боюсь, Сванхильд, на другую жену моей мужской силы уже не хватит.

Ведь не поймет, мелькнула насмешливая мысль. И Харальд пояснил:

— Мое мужское копье на второй жене сотрется. Или сломается. Если, конечно, ты по-прежнему будешь спать в моей опочивальне. Двух жен я не выдержу.

Сванхильд глянула сначала подозрительно — и тут же посмотрела как-то так… как-то непривычно, решил Харальд. Сказала:

— Тогда, в день свадьбы Рагнхильд, ты говорить, что будет вторая жена, если я не идти. Тогда ничего не сотрется? И не сломаться?

Он хохотнул и тут же посерьезнел.

Закончил распутывать завязки, погладил мягкий живот, пощекотал его над тем местом, где начинались завитки. Нежная округлость в ответ вздрогнула. Сванхильд громко вздохнула. Однако не отодвинулась.

Говорить правду не хотелось — но она уж слишком сильно переживала из-за того, что он заведет себе другую жену. Ложь, которой он кормил Сванхильд, была щадящей. Правда пострашней…

И все же. Сегодня он нашел ее на берегу. Где она найдется завтра? И главное, какой будет при этом?

Может, открыть ей часть правды, подумал Харальд.

Все равно люди в крепости знают, что должно случиться весной. И рано или поздно кто-нибудь скажет об этом Сванхильд. Конечно, девчонка будет переживать…

Но она и так переживает. Причем из-за глупостей, из-за своих выдумок. В которых и он немного виноват — потому что сам первым заговорил о второй жене.

Так пусть лучше расстраивается из-за того, что действительно опасно.