Жена Берсерка

 — Хозяин мой, Свенельд, с раннего утра сюда привез, а ярл Харальд и купил. И сразу же отвел к твоей сестре, приказал ей служить. Сказал — если Красава Кимрятовна хоть раз пожалуется, он меня или выпорет, или по…

Неждана споткнулась на полуслове, отвела взгляд. И Забава похолодела.

Покоя и тихого счастья, что были внутри у нее с прошлой ночи, сразу не стало.

Неужто опять своим делом решил заняться, подумала она со страхом. Баб на куски рвать начал? Или только словом грозит?

А важнее всего, что теперь делать с Нежданой? Без помощи ее оставлять нельзя.

Красава, видать, умом тронулась после того, как ее чуть до смерти не запороли — раз девку безответную головой об нары бьет.

Но Неждану в услужение Красаве отдал сам Харальд. И если она поступит по-своему — пойдет против воли мужа.

И так нехорошо, и этак неладно.

Был лишь один выход. И хоть Забаве от этого выхода было не по себе, но девка смотрела с такой мольбой и отчаянием…

— Я пойду, — объявила Забава на наречии Нартвегра, обращаясь уже к стражникам.

 — Женщина идет со мной.

Она обошла мужиков, как забор — и на этот раз ей не препятствовали, потому что Неждану держали крепкие руки. Зашагала к рабскому дому, где жила Красава, лишь раз оглянувшись.

Стражники шли следом, ведя Неждану.

Крысеныш, уставший молчать, снова запрыгал вокруг. Весело залаял.

— Тихо, — хмуро сказала Забава. Голос ее прозвучал так, что пес растерянно примолк.

Внутри тек холодок. Было не то что страшно — а неуютно. Как-то еще Харальд на все это посмотрит…

Вот только отступить она не могла.

Если все и дальше так пойдет, Красава может изувечить бедную девку. Со зла да в ярости даже слабая рука до смерти забить может…

Красава сидела на нарах, причесанная, с аккуратно заплетенными косами — но почему-то недовольная. Хмурая. Однако расплылась в улыбке, едва завидела Забаву.

— Ты, что ли? Рановато сегодня…

Забава встала в паре шагов от сестры. Уронила:

И обернулась к стражникам. За крепкими, высокими мужиками Неждану даже не было видно.

Забава облизнула пересохшие губы, объявила:

— Та женщина — служит Красаве.

Она махнула рукой, указывая на сидевшую сестру. Распорядилась:

— Отпустить ее. К хозяйке.

И добавила, тут же перейдя на родную речь:

— Иди сюда, Неждана.

— Так эта мерзавка здесь? — изумилась Красава. — А ведь я за утренней снедью ее посылала. К тебе, что ли, побежала? Ах ты…

Забава молча на нее глянула — и сестра замолчала, словно осеклась.