Жена брата. Забрать своё

Один придурок прижимает Алену спиной к себе. Закрывает ее рот ладонью. А второй какую-то тряпку из кармана достает. Зато третий замечает меня, надвигается.

Не буду щадить, суки! Убью ведь каждого, если хоть волосок с головы моей девочки упадет. Убью! Убью в любом случае!

Бью кулаком в челюсть. Мужик падает на задницу. Рот в крови, нос тоже.

Алена отскакивает назад. Испуганно вскрикивает.

— Рома! — кричит она, когда один из бандюганов нож достает и вплотную ко мне приближается. Руки ведь поломаю, тварь!

Второй получает удар между ног, сгибается.

— Помогите! Кто-нибудь! Пожалуйста! — отчаянно кричит Мышка, вжимаясь спиной в стену. — Пожалуйста! Кто-нибудь!

Я трясусь от страха. Как бешеные собаки, эти трое нападают на Рому, позабыв о моем существовании. На мои крики никто не реагирует. Громов бьет каждого, кто приближается. Но самому тоже достается. Много раз. Потому что их много! У одного нож в руке, у второго — какая-то железяка. Третий еще валяется, как мусор, в стороне и пытается в себя прийти.

— Помогите! — кричу еще громче. Бью кулаком в каждую дверь, нажимаю на звонок. Но никто не открывает, не выходит. — Да хотя бы полицию вызовите!

Ищу глазами свой телефон. Я его уронила. Замечаю у ног одного из подлецов, не решаюсь опуститься. Боюсь...

— Черт! Ну кто-нибудь, Господи!

Мысленно молю бога, чтобы ничего с Ромой не случилось. Зря я его не позвала к себе. Зря... Быть может, всего этого не случилось бы. Прости меня, пожалуйста.

— Прости, — шепчу одними губами, чувствуя тонкие струи на щеках. — Прости...

Я себя никогда не прощу, если с ним что-то произойдет. Никогда. Да и жить без него...

— Что тут происходит? — дверь одной из квартир приоткрывается. Выходит мужик, пожилой. Боже... Чем он поможет нам?! Да ничем!

— Полицию, пожалуйста! Они его убьют! — кричу я, чтобы услышали подонки. Может быть, испугаются и сбегут отсюда к черту!

Мужчина выходит, осматривается по сторонам. Набирает номер в телефоне, подносит к уху.

— Рома! — снова кричу, заметив подходящему к нему со спины кретина. В руке он держит что-то длинное, смахивающее на трубу. — Боже, Рома! Рома!

Поздно. Он не успевает обернуться. Получает удар по голове, падает!

Не задумываясь, лечу к нему, опускаюсь на колени. Перед глазами темнеет, когда вижу кровь на его шее.

— Уходим, — рявкает один из бандитов, вытирая окровавленный нос рукавом.