Жена для генерального

– Она уже пыталась.

* Имеется в виду кинофильм «Белые росы».

Пожалуй, про серпентарий бабка не солгала. Родители Аглаи мало походили на людей, готовых считать минуты до приезда любимой дочки и внучки. Скорее, они были похожи на коммуну, в которой у каждого свои смыслы жизни, и только общая крыша заставляла считаться с чужим мнением.

В гробу я видел такую родню. Кроме бабки! Но договариваться с такими умел. Это был самый удобный сорт людей для переговоров. Следовало только включить цинизм на максимум, дать понять, какая сумма денег водится у меня за душой, и обрисовать четкие требования: никакой головомойки, полное одобрение и приятные бонусы благодаря выгодному родству.

Мне даже не пришлось никого подкупать.

Единственный адекватный человек в семье – бабка – перешла на мою сторону еще до разъяснительной беседы в спальне. Отец впечатлился деньгами, связями и обещанием купать дочь и внучку в бриллиантах. Мать... что сработало с ней, я так и не понял до конца.

Больше всего она напоминала человека, который жутко соскучился, но за много лет так и не научился показывать свои эмоции.

Половину встречи мать порхала вокруг меня, пытаясь накормить до шарообразного состояния. Расхваливала дочь, словно я не знал, какой джекпот сорвал с моей мышкой. А другую половину встречи, пряча слезы, играла с Сашей.

Для человека, который целый год не видел своего ребенка и не проявлял интереса к внучке, – это было очень странно. Вопрос: «Как Аглая смогла вырасти в этой семье и не заработать серьезный диагноз?» напрашивался сам собой.

Но сегодня мне не было дела ни до ее близких и ни до кого вообще. После недавнего разговора со Штерном мысль о женитьбе не давала есть и спать. Лишь надев кольцо на палец моей мышки, я почувствовал, как адское напряжение отпускает.

Словно ветром сдуло, и вместе с этим облегчением пришло желание... даже потребность послать весь земной шарик к черту. Чтобы никаких больше танцев перед родней. Никакого контроля. Лишь я и две моих девочки.

Хотя бы в машине хотел чувствовать только дочь и Аглаю.

Никогда бы не подумал, что кусок золота с бриллиантом на узком пальце может возбуждать сильнее эротического белья и шпилек. Не понимал ослов, которые часами глазели на кольца в витринах ювелирных магазинов, словно выбирали имя будущему ребенку.

А теперь за одну минуту стал фетишистом. Чокнулся! Никого к Аглае подпускать не хотел.