Жена для Полоза

Давненько не видал старый черный Змей У-Лэншшш у василиска таких искр во взгляде. Но Гумеш пренебрег ею, выбрал другую. И этим страшно оскорбил Алтын.

Сейчас он пренебрег ею снова.

Девушка смотрела на него с жгучей ненавистью, потому что такое не прощается. И все же… Черный огонь ее глаз был направлен на этого ядовитого красавца, пытавшегося сохранить лицо и как-то устоять на ногах. И если бы взглядом можно было убивать, василиск давно уже стал бы кучкой пепла.

— Посмотри на этого мужчину, — проговорил он негромко, так, чтобы его слышала только Алтын.

Девушка невольно вспыхнула, подняв на него полный мрачных чувств взгляд. У-Лэншшш только усмехнулся мысленно. Показал ей царский знак, так небрежно сброшенный василиском на красную дорогу, и продолжил:

— Это даст тебе то, чего ты хочешь. Власть, месть, статус. Но… — он цыкнул и снова перевел взгляд на проводившего рукой по волосам Гумеша. — Заставь его полюбить тебя, и станешь счастливой. Рискнешь?

Алтын замерла, глядя на него. А он уже знал, что рискнет, видел по ее глазам.

— Запомни, он не сможет снять это с тебя, только если отдашь сама. Не сможет убить, причинить вред и как-то еще воздействовать. Но будет пытаться. Теперь все зависит только от тебя.

И надел ей на шею символ царской власти над василисками.

— Ну вот, ты и царица, невессста, — проговорил он и уже деловым тоном добавил: — Тебе положена свита, дом нагов ее предоставит. И еще. Запомни, ты всегда можешь на меня рассчитывать.

Судя по тому, как расправились плечи девушки и вскинулся ее подбородок, семена упали на благодатную почву.

Однако, дело было сделано.

А черный Ул Тумен-ге спокойно вернулся на место.

У Гумеша был шок, когда он увидел «подарок».

Конечно, самочка была прекрасная и желанна. И он с удовольствием уделил бы ей определенное время в постели. НО!

Его царский знак на ней?!

Он невольно огляделся по сторонам, уперев руки в бока, и засмеялся. Однако смех быстро иссяк, когда он понял, что именно произошло.

Но она только презрительно вскинула бровь и пошла к выходу из зала.

И никто ей не воспрепятствовал!

Потому что теперь формально она была царицей василисков.

Такого не бывало со дня сотворения мира. Невозможно. Нонсенс! И все же, те несколько приближенных, что явились с Гумешем сюда, мялись, юлили, отводя глаза.