— Но я готов побыть вежливым. Линда, не будете ли вы так любезны приподняться, чтобы я могу насадить вас поглубже и как следует отодрать?
У меня глаза лезут на лоб от такой вежливости. И как вот на это реагировать?
— Вот видишь, Линда, вежливость действует не всегда, — Тимур сам приподнимает меня. — Все приходится делать привычными методами.
И в одно мгновение я оказываюсь нанизана на его хозяйство. Только ойкнуть успеваю.
— Что ж, — нахожу в себе силы заметить я. — У меня все еще есть шанс, преподать тебе урок.
Кто сверху, тот и диктует условия.
— Милая, — Крамер сжимает в руках мою грудь. — У тебя есть шанс узнать, что быть сверху иногда ничего не значит.
В подтверждении своих слов, одной рукой он раздвигает половые губки и безошибочно находит кнопку к моему подчинению."
"Я выгибаюсь и, послушная ритму нажатий, начинаю двигать бедрами. Тимур откровенно любуется зрелищем, и наш зрительный контакт лишь усиливает остроту ощущений. Будто между нами происходит таинственный обмен жизненной силой, эмоциями, чувствами…
Но мужчины такие мужчины…
В какой-то момент потеряв терпение, Крамер заваливает меня на постель и занимает главенствующую позицию.
— А иногда, быть снизу — тактический ход.
И этот варвар с голодными глазами вместо страстного секса выбирает медленный и нежный. Он пытает меня долго, пока я, выбившись из сил, не начинаю молить о пощаде. Сумбурно клянусь, что раскаиваюсь, обещаю быть хорошей девочкой, прощать Тимура за свинское поведение… Да много чего я наобещала до того, как Крамер решает, что я достаточно прониклась и точно знаю, кто на самом деле в нашей паре сверху.
Я даже не помню, что именно лепетала, это уже было больше похоже на бред. Но Тимур оказывается вполне доволен своим воспитательным эффектом. Правда, после уроков от Крамера я настолько вымотана, что в душ он несет меня на руках. У меня нет сил вообще, и я позволяю ему омыть мое безвольное подрагивающее тело и вернуть меня в постель. Последняя мысль до того, как я погружаюсь в сон: «Он просто монстр, не только еще стоит на ногах, но и на лице у него сожаление, что больше я не способна обучаться».
А первая же мысль после пробуждения: «Жарко». Прямо совсем жарко, потому что Крамер спит, подмяв меня под себя. Какое счастье, что сегодня воскресенье! Никуда не надо идти!
Вспомнив, что мне собственно идти и не в чем, начинаю подхихикивать. Две пары обуви угробить за несколько часов — это еще суметь надо!
— Спи, женщина! — ворчит Тимур, крепче прижимая меня к себе.
