Не хочу, чтобы меня засняли во время этого, будем говорить честно, побега. Да и увековечивать этот день не хочу. Вот совсем.
— Господи, да откуда их столько? — психую я, все-таки ослепленная вспышкой.
— Мама пригласила, — мрачно отвечает брат. — Еще три метра, и мы вырвались.
Отворачиваюсь от очередной вспышки и выхватываю каменное лицо Тимура, стоящего в дверях зала, засунув руки в карманы. Он смотрит мне вслед, но не делает даже шага, чтобы меня остановить.
Так тому и быть.
Глава 35
Несмотря на предложение Егора побыть со мной, я отказываюсь и прошу отвезти меня домой.
Сегодня я не готова ничего объяснять, а вопросы у него есть, это видно по лицу. Да и сочувствующих взглядов мне не нужно. Сейчас я хочу просто забиться в свою нору.
Но стоит мне оказаться дома, как меня оглушают непрошенные воспоминания о сегодняшнем утре. Утре, когда я еще верила, что у нас с Тимуром все будет пусть не просто, но хорошо. Перед глазами будто прокручивают кино на обратной промотке.
Будто реверс включили.
Вот мы обнимаемся в прихожей перед выходом из дома.
Вот завтракаем, и Тимур целует меня и шутит про поцелуй с привкусом кофе и помады.
Вот просыпаемся и страстно занимаемся…
Я думала, мы занимаемся любовью. Как смешно и нелепо.
И тут меня накрывает
Из горла вырывает крик боли. Я больше не могу ее терпеть, и она находит выход в этом почти вое. Словно пелена застилает глаза, которые жгут невыплаканные слезы.
И чтобы хоть как-то выплеснуть это страдание, я делаю то, чего никогда не позволяла себе раньше даже в самые тяжелые времена. Я начинаю крушить все вокруг.
Я сдергиваю с кровати постельное белье, на котором сегодня утром сплетались наши тела. Смахиваю с тумбочки вазу с цветами, подаренными им. Швыряю об стену чашку, из которой он сегодня пил. Я даже умудряюсь сломать пополам его зубную щетку, которую я выдала ему вчера вечером.
Ненавижу!
— Будь ты проклят! — сжимаю я кулаки посреди разгромленной квартиры.
Как ни странно, но мне действительно становится легче. Значит, правду говорят, что в таких ситуациях полезно выпустить пар. Мне все еще больно, но хотя изнутри меня не раздирают эмоции, потому что сейчас наступает опустошение. Я чувствую его холодные пальцы, пробирающиеся к сердцу откуда из-под селезенки, ощущаю, что ко мне возвращается привычное хладнокровие.
