Жена Эмиля. Наследник для Зверя (СИ)

Я была так смущена, что не успела ничего сказать. Между нами вклинился Эмиль, и я полностью оказалась за широкой спиной мужа.

– Какого черта? – он отобрал бутылку, опасно дыша. – Отвали от нее. Не приближайся, понял?

Несмотря на вызов в голосе, Андрей усмехнулся и отступил, показав ладони.

– Спокойно, – он рассмеялся, оборачиваясь, чтобы увидеть всех окруживших его мужчин. – Не нервничайте, парни… Я не вооружен.

Андрей усмехнулся – его забавлял чужой страх.

На нем было пальто нараспашку, похожее на то, что он носил в прошлом году, но его любимый шарф исчез, а под тонким свитером не было ничего похожего на оружие.

– Убрали пушки, – буркнул Эмиль, я удивленно наблюдала, как муж моет бутылочку, затем ставит в микроволновку. Остальные расслабились, сообразив, что это личное и конфликт исчерпан.

Я села на стул, дожидаясь, пока все будет готово, и вдруг заметила, что Андрей смотрит на нас с малышом.

– Сына тебе нужно увозить, – сказал он Эмилю. – Бестужев о кровной мести твердит. Он тебе и раньше был готов глотку перегрызть, а после того, как ты за Ахмеда впрягся, тем более. И ему насрать, что тебя заставили. Эмиль, ты последний из его врагов в живых… Ахмед еще… Но где Ахмед и где ты.

Я инстинктивно прижала ребенка, заметив, как на челюстях мужа выступили желваки. Внешне он остался холодным. То ли гормоны, то ли злость на мужа виноваты, но я ощутила волну гнева, которая вспухла где-то в сердце и начала расти, разнося все.

– За что кровная месть? – разозлилась я. – Ты говорил, сын Бестужева может быть жив! Так или нет?

– Фактов нет, – оборвал меня Эмиль. – Андрей, что ты выяснил?

– Я допросил ахмедовских… Интересного много.

Эмиль вопросительно обернулся.

– Короче, Ахмед заплатил за товар, а конвой разграбили по дороге. Бестужев бабки не вернул, сказал, пошел на хрен со своими бабками, ты деньги потерял, а я – сына, кто сына мне вернет.

Последнюю фразу я уже слышала, когда была в заложниках.

– У них склоки с весны. А ты теперь между ними. Они от тебя не отстанут, пока не замочат.

– Я знаю, – сдержанно ответил Эмиль.

Спокойно, словно все уже обдумано по многу раз, пока я была в плену, затем в роддоме. Он развел смесь и протянул бутылочку. Какой у него смертельно уставший взгляд.