Без вашего разрешения там даже муха не должна пролететь. Я разошлю фото этих бумаг смсками всем, кто находится в моем подчинении и в подчинении Тамира. Не пройдет и нескольких часов, как они преклонят перед вами колени и присягнут в верности. И я расскажу им, что вы носите сына Тамерлана. За него они будут готовы умереть. Вы должны возглавить эту империю.
Тяжело дыша я смотрела на Давира, не веря, что это происходит на самом деле. Я ведь не могу… я ничего не знаю о бизнесе, мало что знаю о семье Хана.
Я и империя — это совершенно несовместимые вещи. Мне всего лишь вот-вот девятнадцать. О чем он говорит? Я маленькая девочка, которую выкрали, выдали замуж и она все еще не знает жизни.
— Нет времени на сомнения. Скажите мне да или нет? Сейчас! Каждая секунда на счету!
Ребенок толкнулся внутри, и я невольно прижала ладонь к тому месту. Сын Тамерлана не может остаться на улице ни с чем. Не может не знать кто его отец. Я не имею права не дать ему шанса.
"
"И ощутила, как ребенок снова толкнулся во мне.
— Но без трупов. Я хочу вернуться в дом и хочу, чтобы они мне подчинялись.
Подняла взгляд на Давира с надеждой. Ведь так можно? Можно все еще оставаться чистой девочкой? Можно…можно стоять на стороне добра и играть белыми? Ведь да? Пусть скажет мне да! Ну, пожалуйста!
— Без крови никого поставить на колени не получится. С чистыми руками на трон не взойти.
Мы смотрели друг другу в глаза, и я чувствовала, как покалывает кончики пальцев рук и ног и как что-то мощное зарождается внутри.
Незнакомое мне и темное.
— Что скажете?
— Да!
ЭПИЛОГ
Она уже не плакала, она смотрела в окна огромной залы аэропорта. Беспомощная, прикованная к непривычному казенному креслу, испуганная и совершенно одинокая. Глаза, опухшие от слез и не видящие ничего кроме серых стен здания. Двоюродная тетка пытается с ней заговорить. Но девочка смотрит на взлетающие самолеты и крутит в руках заколку с цветами, которую сделала для нее Вера из разноцветных ленточек.
На дочек Навчии не обращает внимание, а они в открытую посмеиваются над девочкой, указывая на нее пальцами. Тятя и не думает их одернуть.
С младенчества Эрдэнэ привыкла к одиночеству. Ей не нужна была компания, не нужны были люди, никто не был нужен…Кроме отца, чье внимание она пыталась привлечь всеми силами, но так безуспешно. Отец держал от нее дистанцию и навещал ее очень редко.
