Эрдэнэ отвернулась к окну, глядя на снующих внизу грузчиков. Потом вдруг вскрикнула и прижалась лицом к стеклу. К самолету подъехала машина, дверца распахнулась и из нее вышла женщина в белом костюме, с аккуратно собранными на затылке золотистыми волосами, она бросилась к трапу, а Эрдэнэ обернулась к своим троюродным сестрам и ехидно процедила.
— Держитесь, стервы, я вырасту и позабочусь о том, чтоб вы в вашей Тьмутаракани сдохли с голода без крошки хлеба. Только на каше и воде. Обещаю!
А потом повернулась к женщине, которая быстрым шагом шла по узкому проходу салона самолета.
— Мамааа Вера! Мамочка моя! — и потянула к ней тонкие руки, а по смуглым щекам покатились слезы радости.
***
— Сева, загружай этих тварей в фургон. Агрессивные дряни.
— А с этой что делать, Костян?
— Эту сказали усыпить. Ее никто не купит она полуслепая.
Один из перегонщиков хищных питомцев с презрением посмотрел на клетку белой маленькой тигрицы. Та ходила в зад и вперед и скалилась, рычала, показывая небольшие, но острые клыки.
— Шикарная зараза. Но кто ее возьмет с таким изъяном? Жалко блин. Красавица такая. Может оставим, а Косой?
Второй мужчина с сожалением взглянул на клетку."
"— Никто. Даже не думай. Вколи ей снотворное и закопай во дворе. Она нам бесплатно досталась. Шкуру только снять не забудь, лапы с хвостом отрубить и передние клыки вырвать. Хоть на чем-то заработаем.
— Ты поехал?
— Угу. Отвезу этих мелких сученышей Радмиру на них поступил заказ. Давай, Сев. Долго не тяни с этой кошкой.
А то я тебя знаю жалостливого.
Сева провел взглядом друга и сел напротив клетки.
— Ну что? Знаешь, что тебя скоро не станет, м? Тебе пахнет смертью? Или нет? Обычно все скулят и боятся, а ты сидишь и скалишься.
Тигрица подошла к прутьям клетки и посмотрела на человека. Взгляд спокойный, осторожный. Он протянул руку и она вдруг клацнула челюстями в миллиметре от его пальца. Успел одернуть вовремя.
— Ах ты ж маленькая сучка.
Встал со стула, докурив сигарету и подошел к шкафчику с медикаментами.
Достал несколько ампул, шприц.
— Знаешь, я ведь не сволочь. Мне всегда жалко животных. Я их люблю, честно. Но кто-то должен это делать, понимаешь? И платят неплохо. Так что ничего личного. Ты просто уснешь и не почувствуешь. Зато от тебя на память остается шкурка. Не всем выпадает такая честь.
Набрал жидкость в шприц. Тигрица заскулила и забилась в дальний край клетки.
— Ну-ну, девочка, будь умницей и иди к папочке. Давай. Черт.
