Это симптомы какой-то болезни. И пусть. Лучше так, чем сходить с ума каждый день и каждую секунду.
— Я не могу на тебя смотреть…Я пойду к папе. Я поговорю с ним. Так нельзя.
— Не надо. Не ходи.
— Ты должна выйти к обеду!
— Не выйду! Я не голодная!
— Голодная! Тебя от голода шатает! Я боюсь, что ты умрешь! Ты почти не встаешь с постели! Верааа, пожалуйста, не надо его злить. Он же упрямый. Давай я скажу, как тебе плохо.
— Я просто приболела. И мне скоро станет хорошо. Вот увидишь.
— Тебя тошнит, и ты рвешь по утрам.
Я все слышу и мне страшно.
Эрдэнэ прижималась ко мне, умоляла и гладила по волосам. И я была уже почти готова сдаться.
***
Тем утром шел дождь, он хлестал по окнам, шумел раскатами грома. Меня разбудила Эрдэнэ. Она трясла меня за плечо.
— Просыпайся, Вера, просыпайся! Они уезжают! Слышишь? Уезжаююют!
— Кто?
— Унура с отцом своим. Посмотри сама.
Я, превозмогая тошноту и слабость, подошла к окну и отодвинула шторку.
Молодая монголка как раз садилась в машину, она выглядела расстроенной, и Хан захлопнул за ней дверцу, потом резко повернул голову в сторону пристройки и посмотрел на меня исподлобья….
А мое сердце не просто забилось оно взорвалось диким триумфом, сумасшедшим восторгом и я чуть не закричала. Пошатнулась и сползла на пол.
— Тебе плохо?
Закричала Эрдэнэ, быстро подъезжая ко мне на коляске.
— Нет. Я сейчас встану и выйду к завтраку. Я ужасно хочу есть.
Девочка изо всех сил обняла меня.
— Я же говорила, что все будет хорошо.
Папа любит тебя! И выберет тебя!
А мне не верилось, что я победила. Мне казалось, что они сейчас вернутся или я сплю. Да и кто сказал, что это означает, что женитьбы не будет. Они просто уехали и…
Глава 12
Тебе холодно, потому что ты одинока: ничто не питает скрытый в тебе огонь. Ты больна, потому что лучшие из чувств, дарованных человеку, самое высокое и самое сладостное бежит тебя. Ты глупа, потому что, как ни велики твои страдания, ты не призываешь его к себе и не делаешь ни шагу к нему навстречу.
Шарлотта Бронте, ""Джейн Эйр""
Я не пошла к завтраку…Что-то меня остановило. Я понимала, что этот триумф мне дорого обойдется. И тошнота она стихла ненадолго, но ее отголоски горчили во рту. И я боялась выглядеть больной и немощной, почти сдавшейся. Боялась, что он поймет, как сильно мне было плохо все эти дни и как я боялась его потерять. Боялась, что променяет меня на другую.
