Ты ревнуешь, что ли?
— Гонишь, Артур? Я же знаю, какие у тебя вкусы. Тебе моделей подавай, а у меня жена простая.
Вот вроде ничего такого, но я просто оторопела от этой наглости. Офигеть! Неужели так было всегда? Он регулярно вот так скрыто надо мной издевался? Унижал и сравнивал с землей, заставляя чувствовать себя никчёмной? Резко встала с табуретки, выдавила из себя улыбку и сказала:
— Поехали домой. Я бы ещё поспала, на новом месте просто невозможно выспаться, всё время ворочалась.
— Да, едем родная, — Лёша приобнял меня за талию и повёл на выход, а мне ужасно захотелось сбросить его руку и закричать о том, что я его бросаю. Сдерживаю себя из последних сил, пытаюсь не смотреть на Артура, когда обуваюсь, и мы выходим из его квартиры.
Только на улице могу вдохнуть полной грудью. Пока ждём такси, я витаю в облаках. В голове пусто, потому что мысленно я всё ещё кончаю под пальцами и членом лучшего друга мужа.
Когда подъезжает машина, я уверенно забираюсь внутрь, сажусь на заднее сидение и отворачиваюсь к окну.
Мелькают дома, магазины, рестораны, торговые центры, но мои мысли всё так же далеко. Я не сразу соображаю, что мы приехали, приходя в себя только после того, как Лёша бесцеремонно дёргает меня за плечо.
За всю поездку мы не сказали друг другу ни слова. Это неправильно, но я упорно ничего не замечаю, поднимаюсь на второй этаж, машинально тянусь в сумку за ключами, когда голос мужа заставляет вздрогнуть:
— Что ты делаешь?
— Прости, — улыбаюсь, как могу, — я забыла, что потеряла ключи.
Потянулась на автомате.
Вру, не краснея. Лёша достает из кармана ключ, вставляет его в замочную скважину и пропускает меня внутрь. Я захожу, хочу снять сапожки, но муж, захлопнув дверь, не даёт мне такой возможности. Он прикладывает руку к моей шее, больно толкает, прижимая к стене, и выдыхает в сантиметре от моего рта:
— Думаешь, я поверил в эти сказки?
Холодею от ужаса и распахиваю глаза.
Никогда не видела его таким. В памяти всплыл эпизод из нашего прошлого:
«— Я так тебя люблю, — шептала я, — так люблю, мне ведь никто не нужен кроме тебя.
— И я тебя люблю, но узнаю, что изменила — убью!»
Страх сковывает моё тело, сдавливает своими тисками. Смотрю в его бездонный, полный ненависти взгляд. Его ноздри причудливо раздуваются, а пальцы руки начинают сдавливать мою шею, не давая возможности освободиться.
