Она авторитет для него, не надо ему сестру в минуты слабости видеть.
Кивает. Закрывает дверь.
Стучу в ванную комнату.
— Злата! Это Демид, открой мне.
Тишина. Слышу звук льющейся воды.
Дергаю ручку. Заперто.
Меня пугает это. Беременные часто делают неадекватные вещи!
— Злата… — рычу я. — Если ты не выйдешь, я зайду и вытащу тебя оттуда.
Закрывает воду.
Опираюсь плечом на косяк, уговаривая себя не делать резких движений.
Через минуту открывает дверь.
— Что Вам надо от меня? — ледяным голосом, полным презрения.
Мокрая, заплаканная…
Как жалкий, голодный котёнок, вымокший под дождем. Такая же худая и изможденная. Волосы хоть немного скрывали эту худобу, а теперь облепили так, что трогать страшно, какая хрупкая.
Ну жесть же!
— Как ты себя чувствуешь?
— Прекрасно я себя чувствую, — мертво.
Ну что с тобой делать, глупая?
Мне хочется её вылечить. Собой — не вариант. Поэтому я ее буду лечить ложью. Больше нечем. Оправдывать эту скотину в ее глазах. Это просто нереально сложно!
Я зажимаю все, чем бомбит меня изнутри — ревность, чувства свои безответные, желания свои.
Словно рубильником отключаю эмоции. Потом меня это размажет! Но это потом всё…
— Я знаю, что произошло. Ты всё неправильно поняла, Злата.
— Не так, значит, не так, — отворачивается.
Я не знаю точно — о чем был тот разговор по телефону. Но стараюсь «попасть» в него и не облажаться.
— Родион оставил телефон у меня. Трубку взяла… — ломаю себя, чтобы произнести это. — Моя женщина. Сказала тебе бред. Я… прошу прощения.
— Почему об этом говорите мне Вы? — взрывается она, разворачиваясь и вглядываясь с претензией в мои глаза.
— Родион приедет чуть позже. И все объяснит тоже. Сейчас он занят.
Какое враньё, Господи… Ни одна нормальная женщина не поверила бы. Но влюбленная и беременная — запросто.
Куда ей деваться-то? Она даже не представляет весь масштаб трагедии.
— Я могу побыть одна?
Нет… Мне страшно ее оставлять.
Отрицательно качаю головой.
— Просто… уходите! — срывается на крик. — Почему Вы приходите, когда захотите?! Это моя комната! Убирайтесь! Никого не хочу видеть!
— Успокойся, Злата.
Тебе нельзя нервничать.
— Откуда Вам это знать?!
Опускаю взгляд в пол.
— Я хочу развод… — жалобно срывается ее голос.
Не верит мне! Не дура.
Развод ты хочешь? Ну да. А ребенка твоего кто воспитывать будет? Отец его тебе не отдаст. Ты в такой паутине, что не выпутать. Надо ей рассказать об этом чертовом брачном договоре.
— Это исключено. Развода не будет, — начинаю я.
