Меня вызвали последней."
"– Ну? – осведомилась конвойная, когда я приблизилась. Еще одна зеленая бумажка перекочевала в карман гимнастерки, и я пошла по лестнице вверх. Вместе с другими женщинами меня завели в узкую и длинную комнату, разделенную грязноватым стеклом. По ту сторону уже сидели заключенные. Бабы кинулись искать своих. Я пошла вдоль стекла и увидела похудевшего и осунувшегося Макса.
– Вот что, граждане, – раздался громкий голос.
Все разом перестали причитать и повернулись к двери. На пороге высился здоровенный красномордый парень в камуфляже.
В расстегнутом воротнике виднелась тельняшка.
– Кончай базар, гражданочки, свиданки вам сегодня сорок пять минут.
– Почему, сыночек, – заныли тетки, в отличие от меня простоявшие в очереди несколько дней, – час положен.
– Обед у нас, – сообщил тюремщик, – тоже кушать хотим.
– Ну, сыночек, – застонали бабы, – придумай что-нибудь, помоги! Не выгоняй раньше.
– Пользуетесь тем, что я добрый, – вздохнул парень, – так и быть.
Сейчас запру всех, а потом вернусь. Но чтоб тихо тут!
– Конечно, конечно, – закричали родственники, – благодетель ты наш!
Мужик хмыкнул и вышел, тут же лязгнул замок. Я схватила телефон:
– Макс!
– Здравствуй, Дашутка, – вяло сказал Полянский, – как это ты сюда прийти решилась?
– Слушай внимательно. О Нине Андреевне позабочусь – и продукты куплю, и денег дам. Тебе отправлю передачу. Еще придет адвокат. Ты его хорошо знаешь, это мой сын Аркадий.
– Кеша? – изумился бывший супруг.
– Он же совсем ребенок!
Я промолчала. Какой смысл сообщать, что «детке» двадцать шесть стукнуло!
– Простите, – сказал кто-то за спиной.
Я обернулась. Сзади стояла женщина.
– Пустите сюда, – сказала она.
– Зачем? – изумилась я. – Тут мой родственник.
– У вас дырка, – сообщила тетка, – а в моем боксике нет.
– Дырка?
– А, вы в первый раз, – протянула баба. – Смотрите, – и она ткнула пальцем в небольшую щель.
Затем говорившая бесстыдно задрала кофточку и вытащила из необъятного лифчика пластиковый пакет, наполненный бесцветной жидкостью.
На свет явилась и тоненькая трубочка. Тетка засунула один кончик в щелочку, к нему моментально припал подбежавший мужик звероподобного вида. Жидкость в пакете стала стремительно убывать.
– Что это? – изумилась я, видя, как заключенный делает огромные глотки.
– Водка, – спокойно сообщила баба, – надо же бедолагу порадовать. А вы пока деньги трубочкой скрутите и в щелку просуньте.
