Брат погрустит неделю-другую, уйдет в запой, как иногда с ним случалось, а потом ситуация исправится. Однако прошло уже семь недель, а дело не двигалось с мертвой точки. Причем делалось только хуже!
Если поначалу Давид еще пускал в свой бункер горничных, что-то ел, хоть иногда приходил в себя, прослушивал сообщения, теперь и этого не случалось. День ото дня он будто отгораживался от мира все больше и больше, а на внешние раздражители вообще не реагировал. Казалось, у него своя реальность, и существовала эта реальность исключительно в его голове.
Так недалеко и до психушки… или до кладбища.
Это утро не стало исключением.
Гаяне, как обычно, проснулась пораньше, привела себя в порядок, нарядилась в алое платье с вырезом. Плевать, что еще только утро, для нее жизненно важно всегда быть заметной.
И вот такой яркой бабочкой она полетела вниз, спустилась по ступенькам в квадратную комнату, через которую находился проход в винный погреб. Тот самый погреб, в который Давид добровольно себя заточил.
«Дурацкий бункер!» – каждый день ругалась Гаяне.
В широкой квадратной комнате с мрачно-серыми стенами не было мебели. Однако с тех пор как Давид закрылся в бункере, она почти никогда не пустовала.
У входа в винный погреб стоял Геннадий, бессменный телохранитель Давида. Чуть поодаль скромно смотрела в пол помощница с кухни, она держала за ручку тележку, на которой стоял поднос с едой.
Гаяне обвела служащих взглядом, не удостоила приветствием, подошла к тележке с подносом. Приподняла с блюда металлический колпак, потянула носом, разглядывая омлет с ветчиной, бекон и жареный сыр.
Взяла вилку, подцепила маленький кусочек омлета, отправила в рот и сморщилась.
– Почему холодный?! – нарочито громко возмутилась она.
Как будто это имело хоть какое-то значение, ведь омлет все равно никто не съест.
– Извините, – залепетала помощница. – Повариха велела привозить по новому блюду не чаще раза в час, поскольку Давид Артурович не изволит…
– А если он выйдет? – Брови Гаяне сошлись на переносице. – Ему что есть холодное? А ну, марш на кухню и вели поварихе готовить горячее каждые полчаса… Да повкуснее! Поэлегантнее! Не дровосеков кормите!
Служащая подхватила с тележки поднос и поспешила наверх.
Однако ее беспрекословное подчинение ничуть не улучшило настроения Гаяне.
Происходящее пугало ее до икоты, а что еще хуже – она понятия не имела, как помочь брату. Уже пыталась вызывать к нему врачей, психологов, директорский состав его фирмы. Он всех послал к черту.
