Грезила о настоящем чувстве."
"По наивности своей Яна тогда подумала, что приемный отец звал ее помочь или о чем-то поговорить. Естественно, пошла, ведь старалась беспрекословно слушаться людей, обеспечивших ей вполне приличное житье. Однако, когда мужчина велел ей лечь на семейное ложе, а сам принялся расстегивать рубашку, все стало предельно ясно.
Яна убегала с криком.
Приемный родитель поймал ее, когда она уже выбегала из дома.
– Подожди ты, глупая, – сказал он ей тогда, силком затащив на кухню. – Ты не поняла, я согласен платить!
После этого последовала душераздирающая история о том, как он несчастлив в браке, и как Яна должна его спасти от тотальной безысходности.
Жена де у него фригидная, секс не любит, а ему надо…
– Я буду давать тебе щедрые карманные деньги! Еженедельно. Даже ежедневно, если согласишься на каждый день… – пытался он ее умаслить.
Яну до сих пор передергивало от мысли, что этот мудак вправду думал, будто она с радостью согласится.
На ее резкий отказ приемный отец тут же поинтересовался – а на что же она собиралась жить? Уж не думала ли она, что он станет кормить такую черствую и бездушную тварь, которая отказывает ему в самом малом.
Но даже это не заставило ее согласиться. Убежала из дома, не позавтракав.
Этим же вечером во время семейного ужина приемный отец вдруг объявил своей жене, что на Яну пожаловались. Оказывается, она подрабатывала проституцией. И показательно достал из ее рюкзака невесть откуда взявшиеся там деньги. Причем такую сумму, какую ей в руках еще не доводилось держать.
Приемная мать была в шоке.
Нужно ли говорить, что очень скоро Яну вернули в приют? С позором вернули. И уже там ее до-о-олго дразнили проституткой. Ее, девочку даже ни разу ни одним мальчиком не целованную… Было так стыдно и обидно, что у нее днями не успевала высохнуть подушка, так много она плакала по ночам.
А самым паршивым оказалось то, что вскоре эта же пара взяла еще одну шестнадцатилетнюю девочку. И та в приют больше не вернулась.
Да, Давид Охикян – не толстый лысый гад, который пытался соблазнить Яну когда-то.
Но для нее он был таким же фу-мудаком, как и тот мерзкий ублюдок, уже потому, что хотел заплатить ей за секс.
Нет уж, извольте обломиться, господин хороший. Не будет Яна с ним спать.
У нее с мужчинами отношения складывались плохо в принципе, не везло ей на хороших, отзывчивых, любящих. И уж тем более она не собиралась испытывать судьбу с любителем секса за деньги. Это сразу нет, это однозначно мимо нее.
