Жена напоказ - 2

Завтрак в большой столовой, где смогли разместиться все претенденты и придворные, кому статус позволял находиться здесь, прошёл напряжённо и даже скованно. Многие уже поглядывали в окна, выходящие на ту сторону резиденции, откуда всем предстояло двинуться к месту состязаний.

Лоррен сидел за столом напротив Ренельда и только одним своим нахально-подозрительным видом немало портил ему аппетит. Король не стал напоказ окружать его охраной, хоть по-прежнему не доверял. Но и к себе не приблизил, как того требовала степень их родства.

Мать Ренельда тоже была напряжена, бледна, а в её глазах стояла постоянная тревога.

Во время последнего разговора с Ренельдом и супругом, она призналась, что сглупила: пару раз сболтнула при Экторе об увлечениях своего покойного мужа. Она уже не видела в том ничего плохого: ведь он умер. Да и подробностей не рассказывала, и уж тем более не открывала особенностей ауры старшего сына.

Это многое объясняло. Однако ничего не доказывало. Никаких документов Эктору она якобы не передавала, да и вообще вскоре после смерти мужа они стали видеться гораздо реже.

После завтрака Ренельд расспросил слуг, не приехала ли вдруг Мариэтта. Вдруг они просто где-то разминулись. Но жена пока не появилась, и это лишь расшатывало обычное спокойствие Ренельда невозможностью предугдать, что это всё значит.

Пришла пора выезжать к месту состязаний.

— Где Мари? — Ксавье, который уже держал под уздцы своего коня, озадаченно огляделся.

— Приедет, — уверенно ответил Ренельд. — Просто отвлекли дела.

Он оглянулся: неподалёку стоял Лоррен, и его направленный в сторону братьев взгляд явственно говорил о том, что их разговор ему очень хочется расслышать.

Нестихающее предчувствие грядущей подлости стало только острее.

Закончив сборы, все выехали. И если бы не то, что ждало впереди, эту прогулку вполне можно было бы счесть приятной. Ясное небо после нескольких дождливых дней казалось особенно синим. Солнце ярко светило, пробиваясь лучами в промежутках кипарисовой аллеи. 

Скоро роща вокруг дороги стала светлее, а среди залитой медовым светом зелени показались очертания старинной, если не сказать — древней каменной арки.