Жена напоказ - 2

Дальше дорога была открыта только тем, кто не участвовал в состязаниях, но желал на них взглянуть, и тем, кто должен был через эту арку пройти, чтобы побороться за место преемника короля.

Мы торопились в Фройготт, как могли. Но, кажется, ещё со вчерашнего дня всё было против нас. Ночью в окрестностях Эйл и дальше прошёл такой страшный ливень, что дорогу безнадёжно развезло. Мой кучер с видом знатока уверил меня, что знает короткую дорогу, которая не так изрыта колеями, залихватски гикнул и свернул с основной.

Мне даже показалось, что мы и правда покатили быстрее, но этого чувства хватило не надолго.

И скоро мы окончательно увязли. Моей охране пришлось пачкать ноги до колен, чтобы вытолкать проклятущую нагруженную шинакорнами, мной и моей злостью карету из грязи — и всё это задержало нас довольно сильно.

Под конец мне самой уже хотелось выпрыгнуть из экипажа и побежать впереди. И лишь когда среди густых каштановых и кипарисовых рощ наконец показались ворота летней королевской резиденции, меня немного отпустило.

“Ну вот, Карамелька, — философски заметила Ли. — А ты переживала. Кабы на твоих переживаниях можно было тащить карету, мы добрались бы, конечно, гораздо быстрее. А так — они совершенно бесполезны”.

— Надеюсь, состязания ещё не начались, — только и ответила я.

И первые же встреченные мной стражники развеяли хотя бы часть опасений.

— Все уже готовятся выезжать.

Я отпустила своих перепачканных в грязи охранников отмываться: до места добралась, теперь смогу передвигаться и сама.

Тем более под присмотром шинакорнов.  Найти бы ещё Ренельда поскорей!  И как бы ни были заняты слуги во дворе и покоях господ, а всё равно нашлись свободные, чтобы меня встретить и проводить в подготовленную для нас с герцогом комнату. 

Я в Фройготте не ориентировалась совсем. Пришлось уповать на горничную, что повела меня замысловатыми переходами и галереями. По одной лестнице, по другой… Одной тут потеряться можно вмиг  — и шинакорны не спасли бы! 

Но Ренельда в покоях не оказалось: служанка только развела руками.

А я попросила её узнать, где теперь мой муж: наверное, весь в заботах по подготовке к испытаниям. Вовремя же я нагрянула!

“Терпеть не могу эти каменные лабиринты, — проворчала Ли, озираясь в гостиной. — Каждый раз всё по-новому. Только привыкнешь...”

Лабьет не разделял её страданий: в это время он задумчиво и довольно пристрастно обнюхивал всё вокруг. В каждом его суетливом движении чувствовалось нетерпение.