— на несколько секунд подвис я.
— Вот и я о чем! — победоносно заявил Егорыч.
«Да уж, с фантазией у Ремезова точно все в порядке», — вынужденно признал я. Мне бы такой маневр и в голову не пришел.
Еще несколько минут мы обсуждали технические особенности жучка, а потом Алексей вдруг засобирался.
— Меня еще в одном месте ждут. Ты не против, — покрутил он прослушку в руках, — если заберу ее поиграться? Карту памяти я уже чеканул*, она чистая.
— Забирай, — махнул я рукой и поблагодарил Егорыча: — Спасибо за работу.
Ты как всегда отлично справился.
— Да не за что, обращайся.
Он собрал свои приборы и вещи в объемную черную сумку и вышел из гаража. Я проводил его до калитки и вернулся обратно.
В очередной раз я мысленно поблагодарил Руслана, который нас и познакомил. Он и сам частенько пользовался помощью Егорыча.
«Зачем же ты следил за женой, Ремезов?» — мучил меня крайне занятный вопрос.
Версия с ревностью, которую я же и предложил, не выдерживала никакой критики. Из-за обычной ревности обычные людитакне заморачиваются.
Тут что-то другое.
Еще и Руслан уехал в командировку как минимум на пару недель. Позвонил, извинился, сказал, продолжит присматриваться к бывшему мужу Милы после того, как вернется.
А я, баран, еще и успокоил его: мол, не к спеху, потерпит.
Только вот по всему выходило, что не потерпит. Лучше сразу понять, что Ремезов за фрукт на самом деле, достать всю подноготную. Желательно начиная с колыбели.
Ждать, пока Руслан вернется? Это долго.
Кое-что я мог сделать уже сейчас.
Во-первых, поговорить с Милой.
Во-вторых, по-мужски поговорить с самим Ремезовым.
Ну что ж, Мила ближе, пожалуй, начну с нее.
Надо сказать ей, что можно забрать вещи. А там и поговорим.
Она расскажет все, что я захочу знать. В деталях. Должен же я понимать, с кем имею дело в лице Ремезова. В конце-то концов, кто знает его лучше, чем жена?
Я решил зайти в дом через гараж и, проходя мимо раскрытых чемоданов с ее барахлом, резко замер. Сначала даже не понял, что как магнитом притянуло мое внимание.
Потом наклонился и медленно поднял двумя пальцами ту самую вещь, на которую несколько секунд назад ненароком упал взгляд. Трусы. Обычные такие — белые, из хлопка, максимально закрытые. А сзади... нарисован бочонок меда. Эти труселя смело могли носить название «десять лет в браке», потому что соблазнить ими можно разве что Винни-Пуха.
Под ними обнаружилась стопка ровно таких же, правда, в других оттенках и с другими рисунками.
