Сейчас Северина тонко хихикала, а Агнесс, не скрывая злорадства, присоединилась к ней.
И тогда я у всех на глазах подошла к Долорес и протянула ей свою черную шаль, расшитую серебром.
– Леди Клейборн, когда я увидела вас, то сразу поняла, что моя накидка подойдет вам больше, чем мне, – в воцарившейся тишине сказала я.
Долорес с благодарностью схватила шаль, накинув ее таким образом, что ткань скрыла то позорное кровавое пятно.
– О, благодарю вас за этот подарок! – со слезами в голосе воскликнула девушка. – От всей души благодарю, леди Адлер!
Кристальоны бешено щелкали вокруг, запечатлевая этот момент.
– Маркиза Адлер так великодушна, – прошептал кто-то в толпе.
– В то время, как Избранная насмехалась над бедной Долорес, Ева Адлер протянула ей руку помощи.
– Поистине королевский жест, преисполненный достоинства!
Услышав это, Агнесс аж перекосилась. Но время невозможно было повернуть вспять – кристальоны во всей красе запечатлели ее довольную ухмылку от унижения Долорес, которую она не смогла сдержать.
Долорес в моей накидке удалилась, это отступление выглядело не таким позорным. Оркестр продолжил играть.
Мы снова танцевали с Данте – теперь я уже не думала о кристальонах и всеобщем внимании, а просто наслаждалась.
– Это было… смело, – сказал он. – И очень дальновидно.
– Меня могли поднять на смех вместе с Долорес, – пожала плечами я. – Все-таки, точно никогда не предугадаешь, как отреагируют эти змеи…
– Моя повелительница змей, – усмехнулся темный, заправив мне за ухо прядь моих волос.
– Ты их гипнотизируешь. Не только Эдриана. Остальных – тоже. Они чуют сильного, и расползаются перед ним, уступая дорогу. Но одна гадюка все-таки захочет укусить исподтишка.
Я посмотрела на Агнесс.
– Что ж, думаю, туфли из змеиной кожи будут мне очень даже к лицу.
Данте сверкнул глазом в ответ так, что у меня подкосились колени.
Обменявшись злодейскими ухмылками, мы ушли на перерыв.
Благодаря танцам с темным генералом, который буквально таскал меня на себе, я смогла отдохнуть, поэтому не обращала внимания на туфли.
Тем более, терпеть было недолго – за окном медленно светлело.
Темные ночные краски превращались в золотисто-розоватые.
До конца бала оставалось всего ничего.
Как будто невзначай я оказалась рядом с Севериной.
Она дружелюбно улыбнулась мне и принялась болтать, как ни в чем не бывало, но я перебила поток ее красноречия, глядя на гадину прямым холодным взглядом.
– Если еще раз посмеешь попытаться меня подставить, то пеняй на себя, сука.
