Жена неверного ректора Полицейской академии (СИ)

Проклятье, как много паразит успел у нее глотнуть!

Она теряла сознание.

Ее пересохшие губы утратили ярко-алый цвет и стали белыми, а кожа стала, точно мрамор.

Сильнейшее обезвоживание — один из признаков отравления паразитом.

— Стой, стой, стой, не засыпай! — я схватил с ближайшего столика графин. — Воды! Ты должна выпить воды. Она очистит тебя от грязной энергетики твари и быстро восполнит силы.

Я попытался напоить ее, но бесполезно. Дарина на моих руках уже потеряла сознание.

Тогда я глотнул из графина сам и приник к ее губам, вливая в нее спасительную жидкость.

Очень медленно и осторожно…

Девушка сглотнула.

Я повторил эту процедуру раза три, прежде, чем румянец вернулся на ее щеки, а глаза приоткрылись и она смогла пить сама.

— Голова болит… — поморщилась Дарина и приподнялась на кресле, на которое я ее уложил. — Что это было?

— Красный Карлик, судя по всему. Энергетическая сущность — паразит.

— Да, мне говорили, что он здесь живет. Но я и подумать не могла, что он такой сильный и опасный.

— Ты знала, что тут обитает паразит, но все равно решила праздновать здесь?

— Я подумала, это придаст вечеру некую пикантность.

— Пожалуй, мне действительно понравилось, — усмехнулся я, глядя на ее губы. — Сиди здесь, и никуда не уходи. Я скоро вернусь.

— Куда ты?

— Не могу же я просто оставить паразита здесь, — пожал плечами. — Пострадают другие люди.

— Эй, офицер, я, может, тоже хочу поохотиться на Карлика, который меня чуть не угробил?

— Нет. Понемногу пей воду и набирайся сил. Я все сделаю сам.

Перед тем, как уйти, я очертил вокруг нее защиту, через которую не смог бы проникнуть ни один монстр.

Когда вернулся, Дарина спала в кресле, свернувшись клубочком, как кошка.

В этот момент она показалась такой беззащитной и ранимой, что у меня даже сердце защемило.

Что, если ее неуязвимость на самом деле была лишь маской, и на самом деле она нуждалась в защитнике?

Я присел рядом с ее креслом на одно колено, и отвел прядь волос, упавшую ей на висок.

Впервые я испытывал к женщине что-то другое, нежели страсть и желание обладать.

Я испытывал к ней… трепет.

Дарина открыла глаза и сладко потянулась.

— Как там Карлик?

— Найден и ликвидирован. Каким образом — твоим нежным ушам лучше не слышать.

— Хорошо, что его тьма была усмирена.

Вот сейчас.

Сейчас, когда она такая милая и спокойная, почти домашняя. Когда она не цедит сквозь зубы, а смотрит на меня так…

Сейчас или никогда!

Я волновался. Когда шел уничтожать Карлика — вообще не волновался.