Жена неверного ректора Полицейской академии (СИ)

И я ни за какие сокровища мира не согласился бы с ней расстаться.

Я поднялся с нар и подступил к турнику.

Разумеется, в этой узкой темной тюремной камере никто не подумал позаботиться о спортивных снарядах для заключенных.

Я приспособил под эти нужды торчащую из стены трубу.

Правда, что-то в последнее время она стала какой-то хлипкой.

Раньше делал тысячу подтягиваний за один подход. Но сейчас этого уже было мало, потому увеличил это количество до трех с половиной тысяч.

Проклятье!

Боюсь, демонова труба все-таки скоро не выдержит и отвалится к иблисам собачьим!

Тогда, пожалуй, можно будет передать Освальду, чтоб заплатил кому надо, и мне бы установили в камере нормальный турник.

Вот было бы счастье!

Он и так все порывается устроить мне в тюрьме лучшие условия.

Чуть ли не люксовую камеру, где кровать с периной и личное джакузи в камере.

Смешно.

Освальд судит по себе. Для него то отсутствие элементарного комфорта, в котором нахожусь тут я, смерти подобно.

Для меня смерти подобно совсем другое.

Газеты со светской хроникой, которые по моей просьбе он мне присылает каждую неделю.

Я не могу их читать.

Но и не читать тоже — не могу…

До сих пор помню лицо отчима, когда он вместе с адвокатом явился ко мне в изолятор сразу после задержания.

Такое лицо, как будто по нему сапогами прошлись.

— Разумеется, ни я, ни твоя мать не верим, что ты призвал демонов, сынок! Тебя подставили, и мы выясним, кто это сделал. Господин Рикардо — лучший адвокат во всем Декстоуне, он выстроит блестящую линию защиты.

— Я не напишу, — спокойно перебил я. — Потому что я действительно призвал демонов Омровода. И должен понести за это наказание.

Освальд принялся горячиться и, размахивая руками, бегать по комнате свиданий.

Я же наблюдал за этим с олимпийским спокойствием.

Я-то точно знал, что иного пути нет.

Никто не должен узнать, что меня подставила Дарина. Что это она призвала демонов.

Что она их королева.

Что в ту ночь после Бала Весны она оставила в моем доме следы проведения темных ритуалов с демонами, а потом анонимно сдала полиции.

Именно так я под утро и очухался — гостиная была в пентаграммах, черных свечах, трупах черных кур и следах демонов, а в двери уже стучался вызванный ей полицейский патруль.

Мне нужно было выбрать, кто понесет за все это наказание — я или она.

Либо я сдаю ее, либо сажусь сам.

Все просто.

Ответ был очевиден.