Жена неверного ректора Полицейской академии (СИ)

На то, что стоило ему появиться — я уже растеклась розовой лужицей киселя!

Шейл я нашла как раз в кафешке напротив салона. Подруга заказала большую двойную булку с куском говядины и овощами внутри.

Я бухнулась напротив нее как раз в тот момент, когда Шейл широко раскрыла рот, намереваясь уместить туда этот гигантский корабль.

— Как давно его освободили?

— Про то, что турнир закончился победой Лианса Рэтборна мы узнали пару дней назад. Он был просто восхитителен! На арене в одиночку уложил пятнадцать отбитых головорезов и четырех переворотней.

Искренний восторг, который звучал в голосе Шейл, когда она говорила о Рэтборне, как о каком-то победителе, чрезвычайно меня раздражал.

Ее ничуть не смущало, что вообще-то его посадили по обвинению в связи с жуткими и опасными демонами, за которое меня в моем видении вообще хотели казнить.

Зато, узнав последние новости, мои котикодемоны чрезвычайно оживились. Можно даже сказать, пришли в восторг и настойчиво стали отправлять к нему на свидание.

Чтобы не приставали, я пообещала им, что так и сделаю.

Но вместо этого отправилась к своему жениху."

"После этой внезапной встречи с Лиансом, которая смела меня, как ураган, мне срочно нужно было увидеть Уэйса и убедиться в том, что я все делаю правильно.

Когман — хороший человек, будет порядочным супругом и отцом нашим детям.

Я должна увидеть его, ощутить спокойствие, уверенность и…

Перестать каждую чертову секунду думать о том, как же сладко мне было в объятиях Лианса!

Будущий жених, проживающий в роскошном дворце неподалеку от Королевского проспекта, меня к ужину совсем не ждал.

Но при моем появлении заметно и, кажется, искренне обрадовался.

Аккуратно обнял и легко поцеловал в губы.

А я вспомнила сегодняшний страстный, дикий, сводящий с ума поцелуй с бывшим мужем и мысленно готова была врезать самой себе.

Уэйс Когман был статным и холеным мужчиной тридцати восьми лет — настоящим наместником северного края. Пожалуй, главной его чертой было спокойствие и твердая уверенность.

Именно таким он был — спокойным.

Не было в нем той дикости и ярко выраженной брутальной мужественности, которая была в Лиансе.

Я вела с ним светскую беседу и улыбалась, нахваливая изысканные блюда повара, но на душе кошки скребли.

Вернее, демонокотики.

— Как прошел день? — спросил жених, отрезая кусочек мяса. — Выбрала свадебное платье?

— Пока что нет. Зато посетила ночлежный дом имени святого Вафлентия.