Жена по обмену (СИ)

— Пожелай мне удачи! — прошу я и аккуратно забираю у служанки торт.

Выбираюсь из кареты и направляюсь к подножию лестницы вслед за дядей. Улыбаюсь, хотя испытываю то же, что и Мина. Как ни готовилась к этой встрече, оказалась поражена великолепием пирамиды. А ведь мы еще даже не вошли в нее.

— Добро пожаловать в обитель Великой Матери! — произносит Бэл.

Он и его братья встречают гостей у подножия лестницы. Обмениваются приветствиями с дядей. Вежливо кланяются нам с Алией. Бэл и Виллин рады встрече — это видно по их искренним улыбкам и довольным выражениям лиц.

И только Хэл похож не на живого человека, а монумент, вытесанный из темного мрамора у подножия пирамиды. Ни тени улыбки, ни доброго взгляда. Холоден, важен и безразличен к происходящему.

Передаю торт слугам, по мраморной лестнице поднимаюсь на тринадцатый, верхний этаж. С особым трепетом касаюсь строгих и фантастичных стальных перил, подчеркнутых тонкими золотыми элементами, похожими на листики и цветки вьюна. Сморю на развешанные по стенам картины, высокие вазы с роскошными цветами.

Замечаю сбоку что-то вроде шахты лифта, скрытой за резными решетками.

Бэл перехватывает мой взгляд и поясняет:

— Мы могли бы подняться наверх так, но восхождение по лестнице главной пирамиды очень символично.

— И утомительно, — зевает в кулак Виллин.

Хэл отделывается угрюмым молчанием. Не смотрит в мою сторону, зато затевает разговор о картинах с Алией. Сестренка краснеет и запинается, явно польщенная вниманием главного жреца.

— Я впечатлена, — произношу с улыбкой.

— Искренне верю: вы, сати Тамани станете частым гостем Инке, — подмечает Бэл.

— А, возможно, и женой следующего верховного жреца, — добавляет Виллин и многозначительно поигрывает бровями.

Делаю вид, что не понимаю намека. Продолжаю подъем и с удивлением отмечаю, как легко и ровно бьется сердце Тамани. Вот что значит молодость — ни одышки, ни зашкаливающего пульса.

Достигаем вершины лестницы. Ждем, пока отдышится Михо.

— Сюда, пожалуйста, — Бэл приглашает следовать за ним."

"На тринадцатом этаже роскоши больше, чем на остальных. Словно погружаешься в мерцающее тепло: всюду золото, охра, бронза и другие, неподдающиеся определению материалы. Вдоль коридоров стоят горшки с живыми цветами желто-белых оттенков и скульптуры. Последние - сплошь замагиченные.