Ты — инквизитор, я — перевертыш… Это ведь твой долг, охотится на таких, как я…
— Долг? — поднял брови светлейший.
— Ну да. Разве не так? Люди говорят…
— Мы не люди. Долг любого дракона — в первую очередь, заботиться о своей имани. Оберегать ее любой ценой. Перед этим все остальное меркнет, теряет значение. Я буду защищать тебя всегда, до последнего вздоха. В чем бы тебя ни обвинили.
Ладонь мужчины на мгновение коснулась моей щеки.
— Что касается метаморфов… Все не совсем так, как ты думаешь. Вернее, совсем не так… Но долгий разговор.
Сейчас тебе нужно отдохнуть, выспаться, а потом, обещаю, мы обо всем побеседуем. Обязательно.
Он протянул мне руку, но я не торопилась вкладывать пальцы в раскрытую ладонь. В висках снова начал нарастать гул, к горлу подкатывал склизкий, противный комок, и я уже поняла, что это.
Заклинание, скрепившее мой договор с Вилмотами, «любезно» напоминало, что я близка к нарушению магической клятвы.
Контракт пока не закрыт, я все еще обязана его соблюдать.
Да, по соглашению я получила разрешение снимать личину Белары, но лишь на пару часов — не больше, и сейчас отпущенное мне время стремительно подходило к концу. Я должна снова превратиться в жену Теренса и не имею права сделать это при посторонних, не посвященных в тайну, тем более, при инквизиторе. Выдать Вилмотов, рассказать, на кого работаю, навести на их след — тоже.
И я ничего не могу с этим поделать. Разве только…
— Я не закрыла договор, — произнесла, отступая.
— Ты ведь понимаешь, что это значит? — светлейший кивнул. — Мне нужно вернуться к заказчику. Как можно быстрее. Одной. Обещаю, я… Я вернусь. Приду, куда скажешь. Но сейчас…
Резко выдохнула и закончила:
— Отпусти…
Сказала и застыла, затаив дыхание.
Инквизитор. Драгх. Дракон. Суровый и строгий. Властный и упрямый. Насмешливый. Нежный. Заботливый. Страстный. Я видела этого мужчину всяким и, кажется, незаметно для себя начала понемногу ему доверять. А он? Поверит ли он мне, после всего, что было?
Ни от кого и никогда я так не ждала ответа.
И, в то же время, очень боялась его услышать.
А Рэйнард молчал… Молчал, замерев, сжав кулаки, не сводя потемневшего взгляда с моего лица. И лишь в вертикальных драконьих зрачках яростно билось неукротимое янтарное пламя."
"Секунды тянулись бесконечно, томительно долго, каждая длиною в целую вечность. Сердце стучало так тяжело, что казалось, еще миг — и оно выскочит, проломив грудную клетку.
