Она не понимала, где они, что с ними, но знала главное – он жив!
– Фрау Мортале, какой сюрприз! – раздался незнакомый властный голос с жестким немецким акцентом. – Не думал, что ваш род сохранился.
С трудом открыв глаза, Тиль уперлась взглядом в небесно-синие, почти как у Андре, глаза на породистом хищном лице.
– Шевалье?.. – шевельнула она пересохшими губами.
– Позвольте вашу руку, фрау Мортале, – незнакомец, одетый по-домашнему мужчина лет пятидесяти на вид, сдержанно улыбнулся. – Вряд ли вам удобно на полу.
Только теперь Тиль осознала, что лежит наполовину на Андре, наполовину на застилающей пол медвежьей шкуре, совсем рядом потрескивает камин, а хозяин этого места – судя по высоченному сводчатому потолку и узким окнам, замка – протягивает ей руку.
– Благодарю вас, шевалье…
– Дитрих Бастельеро, к вашим услугам. – Он помог Тиль подняться на ноги и тут же накинул ей на плечи стеганный, отороченный мехом халат, хранящий тепло и запах его тела. – Я вижу, ваш супруг не в лучшей форме…
Тиль обернулась на Андре и невольно зажала рот рукой.
Не в лучшей форме? О боже… да краше в гроб кладут! Он словно иссох, глаза ввалились, кожа обтянула скулы так, что грозила порваться.
– Андре? Ты жив? – Она так перепугалась за него, что пропустила мимо ушей слово «супруг». Потом, все можно будет выяснить потом!
Не обращая внимания на Бастельеро, она опустилась на колени рядом с Андре, пощупала жилку на шее. Пульс бился слабо и неровно, но бился. А вот магии в нем не было совсем, словно кто-то выпил его досуха.
– У вашего супруга тяжелое истощение, я попробую помочь. Рихард!
Тут же из темного угла вышел пожилой господин с военной выправкой и… определенно неживой.
– Слушаю, герр Дитрих, – проскрипел он.
– Уложи моего гостя на диван и принеси красный бальзам. Да, и пусть придет целитель.
Немертвый Рихард поднял Андре так легко, словно тот весил не больше кошки, устроил на диване и быстро ушел. А герр Бастельеро принялся вливать в Андре собственную силу.
Странно, но Тиль отлично видела и даже понимала, что именно он делает. Еще более странным было то, что сама она истощения не чувствовала. Наоборот, ее переполняла дурная, словно чужая энергия."
"– Я могу помочь? – спросила она, не рискуя вмешиваться без разрешения.
– Если умеете, то да. Даже странно, что ваш супруг все еще жив. Как будто кто-то держит его душу.
Тиль щедро плеснула в Андре «зеленой водой» – именно так она сейчас ощущала свою магию.
