Жена самурая (СИ)

Под стрекот сверчков и цикад Такеши дошел до ворот, где ждали его люди. Если кого-то из солдат удивило его появление, то вслух об этом заикнуться никто не посмел.

— Кацуо, Масато, — он выделил двоих, и те шагнули вперед. — Ступайте к чайному домику в глубине сада. Там Наоми-сан. Она пока… спит. Дождетесь ее пробуждения и проводите до главного дома. Проследите, чтобы она ничего с собой не сделала.

— Да, Такеши-сама, — одновременно ответили мужчины и, поклонившись, скрылись в темноте сада.

Минамото оглядел оставшихся солдат:

— Мы уедем ночью.

Он не спешил возвращаться в дом главы клана и брел по саду, наслаждаясь вечерней тишиной. Гравий шуршал под его шагами, и где-то вдалеке у искусственного пруда кричала ночная птица. Такеши кривился, представляя, как встретится скоро с Такао и скажет ему, что сразу же заберет Наоми в поместье.

Он не терпел многих традиций древности и, верно, отказался бы от проведения традиционного свадебного обряда, даже если они не задумали бы это с отцом. Как наследник клана Минамото и его глава во время отъездов Кенджи, он бывал на торжествах во многих знатных кланах и каждый раз прикладывал усилия, чтобы остаться, чтобы не выразить открыто свое пренебрежение.

У нынешней знати не было ни чести, ни достоинства. Потомки купцов, ремесленников, торговцев, купивших себе имя и положение при дворе звонкой монетой, а не выковавших его сталью меча, не обагривших кровью врагов, не отдавших жизнь — лишь бы не обесчестить его. Что они знали?.. Верили в своих глупых Богов, соблюдали традиции, придуманные такими же ничтожными, как и они.

Дикое стадо, не способное разобраться с собственной жизнью, а потому — оглядывающееся на всех остальных, следующее за пастухом, подчиняющееся его приказам, какими бы глупыми они не были.

Клан Минамото издревле был кланом воинов, что служили одному императору и только ему. Мужчин здесь воспитывали мужчинами, а не тряпками, которыми будут понукать, за которых будут решать всё старшие родичи, а после — Боги, монахи, традиции.

Которые были ни на что не способны.

Истинных самураев — воинов, а не слуг — оставалось все меньше. Им на смену приходили наемники, деньги или желторотые юнцы, лишь недавно выпущенные из-под материнской юбки.

Такеши хотелось плевать, когда он встречался с такими во дворце. Он презирал их и даже не скрывал этого. Он мог позволить себе эту роскошь, а они — нет. Потому что на его поясе всегда висела катана, на их же — лишь тугой кошель.

Токугава был некогда славным кланом.