Жена в наследство. Книга 2

И я не хотела терять Хилберта, хоть и понимала, что он, возможно, однажды подступит к опасной грани, за которой – путь Изгнанного, потому как антреманн точно не упустит такой возможности избавиться от него. Смогу ли удержать мужа? Смогу ли помочь, когда придётся совсем худо? Мне хотелось бы…

– Вы в порядке, мениэр? – Я заглянула в его каменное лицо.

– Я просил вас обращаться ко мне по имени, – на удивление зло ответил йонкер.

Слишком громко в этом тугом безмолвии, которое скаталось, как перекати-поле, скопилось между этих каменных глыб на границе с Пустошью.

Все посмотрели в нашу сторону. Даже пленник – он отчего-то усмехнулся даже. Как будто понял. И тут же захотелось вынуть это знание из его головы и раздавить, как слизняка. Скорей всего, я могла сделать и это.

– Хилберт, – исправилась я. – Если вам нужна моя помощь…

– Нужна, – неожиданно выдал он и остановился, продолжая держать меня за руку.

Все прошли мимо нас, не задавая вопросов, внимательно глядя вперёд, где уже дышала пылью Пустошь, куда нам вот-вот предстояло ступить.

– Буря утихает. Повезло, – только и сказал Алдрик то ли всем, то ли только Дине.

Нас оставили позади. Хилберт дёрнул меня к себе – я не стала противиться. Как ни пыталась сторониться его и избегать любых упоминаний нашей близости и намёков на её продолжение, а сейчас готова была пойти у него на поводу. Его резко вычерченное, словно по лекалу, лицо приблизилось. Облачные глаза сузились, изучая меня, раздирая на части.

– Я очень надеюсь, что всё это не было частью вашей игры, Поли, – проговорил он.

 – Что вы не попытаетесь ударить в спину именно здесь.

– Я думала, вы верите мне, Хилберт. – Я подняла руку и провела кончиками пальцев по его щеке, чувствуя, как дёрнулись желваки.

– Верю. – Он улыбнулся. – И это беспокоит меня. Я чувствую себя перед вами без кожи.

Он схватился за ворот плаща и слегка оттянул его в сторону. Не знаю, что произошло, но я подалась к нему первая. Привстала на цыпочки и со всем пылом ткнулась ему в губы своими. Поймала дыхание, глубокое, слегка неровное, горячее.

Зов в голове стал чуть громче, взвился, пытаясь надавить, но через миг погас, как смытая волной горящая бумажка. Хилберт прижал меня к себе, не торопясь завершать поцелуй. Он то гладил мою шею, то прихватывал пальцами за подбородок, слегка сжимая – пока я совсем не позабыла, где мы вообще находимся. Пока нас не окликнули. Стыдно…

Я качнулась назад, проводя языком по губам, дыша часто, до онемения пальцев комкая плащ на плече мужа.