Жена в наследство. Книга 2

И вдруг начала понимать – мало-помалу – мне удалось расчленить зов на отдельные звуки и даже разобрать слова на неизвестном языке. По телу побежали колючие мурашки, приподнимая волоски. Я невольно задышала медленнее и глубже – и всё слушала, слушала, распутывая клубки непонятных фраз и проговаривая их про себя.

Вздрогнула, как что-то зашуршало в стороне. Тихий рык разрезал темноту, докатился до нас с Эдит. Поднял голову дозорный Ранс – а после подозрительно посмотрел на нас с аарди. Показалось, он сейчас схватится за оружие: тем более раздался и другой рык, почти сразу вслед за первым.

«Что теперь делать?» – метнулась в голове рваная мысль.

– Вы же поняли суть, – успокоила меня аарди. – Суть зова. Эти волны. Ритм. Поверните его вспять.

Я захлопала глазами. Стало жарко, а сердце заколотилось бешено, ощутимо ударяясь о лёгкое. Эдит не делала ничего. Она просто смотрела на меня. А голоса порождений всё приближались. Уже три. Четыре… Дозорный вскочил на ноги, но аарди остановила его взмахом руки. Я пыталась подтянуть к себе все эти созданные то ли мной, то ли девушкой нити, но они ускользали.

Проступили из темноты их силуэты, а потом взвились и бросились к нам. Я вскрикнула тихо, совсем теряясь. Эдит пробормотала что-то, издала какой-то утробный звук – коротко. Он отдался резонансом у меня в груди и пропал. А порождения просто развернулись и ушли.

– Пока достаточно, – буркнула аарди, вставая.

Да ни черта я не поняла, – захотелось ответить ей резко. Но я смолчала. Поняла ведь. Немного, но смогла разобраться в структуре зова и даже начала различать некоторые созвучия или слова. Если и правда поразмыслить над ними, возможно, я научусь. Другой вопрос, нужно ли мне это… Ведь я собираюсь…

Я обернулась: Хилберт вышел из дома и встал в дверях, бешено оглядывая меня и идущую ему навстречу Эдит. Девушка мягко оттолкнула его с дороги.

– Всё в порядке, – бросила и исчезла внутри.

– Если вы навредите ей или попытаетесь использовать в каких-то неизвестных мне целях, я не посмотрю, что вы девушка, – пропыхтел йонкер ей вслед.

– Хил, – позвала я, отвлекая от гневного ворчания.

Подошла медленно, словно боялась рассыпать что-то, что наполняло меня сейчас. Йонкер опустил на меня взгляд, тягучий, наполненный мучением. Но не физическим: сейчас он не слышал зова, кроме того, что попыталась создать я.