Жена в наследство. Книга 2

Он обнял меня одной рукой, поглаживая по плечу.

– Я не перестаю вам удивляться, Поли, – заговорил тихо, пока не стихла ещё возня остальных. – Судя по тому, что вы рассказывали о своём мире, вы не привыкли к таким испытаниям.

– Всё когда-то случается. – Я улыбнулась, крепче стискивая его поперёк пояса, вжимаясь щекой в его грудь.

И вдруг поняла, что уже несколько дней почти не вспоминаю о доме. И об Антоне. Только, наверное, мысли о маме прокатывались ещё комком по горлу где-то на границе сна и реальности ночами.

И вот сейчас они, вспыхнув, угасали помалу в ровном стуке сердца Хилберта. В мерных движениях его ладони, словно он в чём-то меня утешал.

– Вы правы, иногда случается даже то, что мы и представить себе не могли. – Он опустил голову и мягко поцеловал меня в макушку.

Я подняла к нему лицо – и йонкер улыбнулся сдержанно, одними только сухими, чуть потресканными губами. И меня обуяло вдруг странное желание, почти постыдное: провести сейчас по ним языком, ощущая каждую неровность, прежде чем вжаться в них своими.

Сумасшествие, не иначе.

Я быстро потупилась, опасаясь, что йонкер что-то прочтёт на моём лице. Но он, кажется, ничего не заметил.

Скоро буря утихла. Нас хорошенько присыпало песком. Глаза щипало, во рту словно сотню лет не было ни капли влаги. Но мы напились вдоволь, уже не боясь, что воды не хватит до следующего колодца, – и пошли дальше. Всем будто стало всё равно: удастся ли дойти или придётся сгинуть здесь. Ещё не начало темнеть, когда я вдруг заметила первый необычный для глубины Пустоши дом.

А потом и другой. Они стали попадаться всё чаще, пока не напомнили наконец обычную деревню. Вполне себе большую и когда-то, наверное, многолюдную. Теперь, конечно, её занесло песком по самые окна нижних этажей когда-то жилых домов.

– Похоже, мы всё же куда-то добрались, – пробормотал Науд. – Деревню начало заносить не так давно. Значит, ещё десяток лет назад здесь жили люди.

Я переглянулась с Хилбертом, неизвестно чему улыбаясь. За оставшееся до заката время можно пройти ещё далеко.

С десяток километров – и, может, там нас ждёт больше ответов, чем в этом покинутом селении? Все приободрились, хоть и устали после бури. Лицо горело, во рту поминутно пересыхало, но мы пошли быстрее, невольно стремясь туда, за невидимую пока черту, где, возможно, встретим оудов. А может, только их останки, если те и вовсе не занесло пылью.

Я не поверила даже, когда поняла вдруг, что начала видеть дальше чем на пятьдесят метров.