Жена воина, или Любовь на выживание

А так получилось, что тень повлияла на бабушку Кирату, та предложила наилучший вариант маме, мама настояла на том, чтобы я пришла в Шоданар, нашла самого слабого воина и, переспав с ним, имитировала таким образом, что ночь с Нрого прошла как и полагалось. Бред. То есть оно, может, и сработало бы, если бы я нашла слабого воина, отдалась ему, вернулась, эйтна бы подтвердила, что интим был, я получила бы статус обещанной невесты, мама бы вытащила меня с Иристана, и ни папандр, ни его сыновья уже не претендовали бы, так как фактически я уже принадлежала бы МакДрагарам, но… Но вот это был момент, когда мозг твердит, что все правильно и разумно, а что-то внутри против категорически.

Я не хотела идти. Я и в самом Шоданаре ходила, смотрела на перекачанных воинов и не хотела. Ничего.

— Значит, жалеешь? — тихо спросил Эран.

— А ты нет? — прямо спросила я, глядя на повелителя Иристана.

И услышала непробиваемо честное:

Не поверила. Несколько секунд смотрела на воина, а потом не сдержалась:

— Нас подставили.

Обоих. Тени знали, что в тот день ты находился в Шоданаре, и мое влечение к тебе было спровоцировано. Нас подставили, Эран, подставили!

Меня остановил его внимательный взгляд. Внимательный, спокойный, чуть насмешливый. И когда я замолчала, повелитель с улыбкой поинтересовался:

— Ты знаешь, что твое рождение обернулось крушением всех надежд твоей матери?

Я промолчала. Эран нет, он задал издевательский вопрос:

Замерла, недоуменно глядя на воина, а он продолжил:

— Уверен, с момента твоего рождения и Киара МакЭдл не жалела ни секунды.

Не правда ли?

Мне нечего было сказать на это.

— Да, подставили. Да, заставили включиться в игру по навязанным правилам. Но жалею ли я? — Усмешка и уверенное: — Нет. Я получил дар. Бесценный и неожиданный. Я получил тебя, Киран. Я обрел то, за что готов сражаться до последнего вздоха и никогда никому не отдам. Ты мое сердце. Ты моя единственная. Ты — мой подарок богов, полученный вопреки всем интригам шейсов.

Молча уставилась в салат.

Единственное, что я испытывала при осмыслении всей ситуации, — злость на шейсов и эйтн. Хорошего в случившемся не видела ровно с того момента, как у меня напрочь прошло все влечение к Эрану.

— Киран, — обманчиво мягко позвал повелитель Иристана, — тень, с которой ты общалась, принадлежала Нрого?

Взяв вилку, вновь начала ковырять салат и честно ответила:

— Тень эйтновская там тоже присутствовала.

Эран кивнул и поставил в известность:

— Больше не появится.