- Мы совсем одни?
- Тебе меня мало? Не думал, что ты настолько ненасытная.
- Мирон! Я серьезно. Тут есть хоть кто-нибудь?
Он пытливо смотрит на меня, словно проверяет мои нервы на прочность, а затем едва заметно усмехается.
- Да, Варь, есть. Не паникуй. Персонал тут есть, конечно. Просто вышколен так, что ты их не заметишь, даже если захочешь.
- Все настолько серьезно?
- Твой папочка умеет выбирать, - кривится Мирон. - Идём, осмотримся.
Не успеваю ответить, как он берет меня за руку и ведёт за собой. И странное дело - я иду.
Кожу немного покалывает там, где касаются его пальцы. Совершенно ненужное и неуместное ванильное нечто вдруг зарождается где-то глубоко внутри.
Будто мы - настоящая парочка, будто вместе, потому что сами хотим, потому любим…
- Осторожнее, - говорит Адамиди, когда спотыкаюсь, слишком сильно погрузившись в свои мысли. - Не выспалась, что ли?
Его насмешливый взгляд немного отрезвляет. Конечно же, муж понимает какую реакцию вызывает у девушек. И я, видимо, не исключение. Тоже ведусь.
Дурочка.
- Нормально я спала, - бурчу. - Просто задумалась.
- И о чем?
- Чем мне тут заниматься все это время, - брякаю, лишь бы что. А вот не стоило - потому что Мирон хищно улыбается, подходит ближе.
- Думаю, я смогу тебе с этим помочь, - произносит тем самым тоном, от которого начинают коленки подкашиваться. Ох, как бы мне хотелось этому поддаться. Но я в очередной раз напоминаю себе, что он - бабник. И я - одна из. Только и всего.
- Не интересует, - категорично заявляю. - Тем более, что пока у меня безопасные дни, и смысла в этом нет.
Улыбка с лица Мирона исчезает, а сам он явно злится.
- Что ты так зациклилась на этих днях? Почему не расслабиться просто так и не получить удовольствие?
- Может, потому что я не хочу? - с вызовом отвечаю. - Ты знаешь, почему я вынуждена соглашаться на секс с тобой.
- Вынуждена, значит, - он буквально лязгает в ответ. - Я понял, Варь. Спасибо за честность.
Разворачивается и уходит. Не то чтобы я боюсь тут потеряться, но как-то это некрасиво - бросать меня вот так.
Да и чего он ждал? Что я стану одной из его поклонниц, готовых раздвинуть ноги, как только он предложит?
Обида расползается в груди. А ведь не должно меня это задевать. Не должно. Он же ветер в поле. Его не удержать. Я это знала сразу. Знала и приняла. Но почему же сейчас мне тогда так больно?
В итоге к дому я возвращаюсь одна. Вокруг ни души. Однако видно, что территория и сам дом находятся под присмотром - все везде чисто и убрано.
