Онлайн-библиотека книг
— Мы с ним, когда в кадетском корпусе были, то знаешь… — Тут Лекс осёкся, но глаза стали хитрыми, а улыбка… ну какой-то совсем особенной. — Ладно, не важно. Как-нибудь позже расскажу.
Выводов у меня было два. Первый — мне очень не повезло с женихом и, отдельно, наследственностью для детей. Очень! Катастрофически!
Второй — детские «шалости» Лекса полностью компенсировали моё абсолютно спокойное взросление. Там, где недошалила я, устроил лютое веселье он.
Мы были как два антипода, и я была совершенно не против продолжать жить своей спокойной, размеренной жизнью, но у кого-то прям зудело.
— Так. Ну, думаю, пора! — заявил истинный.
Я невольно нахмурилась и уточнила в очередной раз:
— Что у нас всё-таки за дело?
Пауза, широченная улыбка, и мне наконец объяснили:
— Пирожки, Илиена. Ты ведь не откажешь страждущему, несправедливо лишённому сладкого адепту?
Я приличная, но на слове «сладкого» почему-то подумала не о том.
Глава 9
«Адепт» был не один — в кухне, куда мы не шли, а крались, поджидала знакомая компания в полном составе.
Они разве что хвостиками не виляли, и то лишь потому, что хвостиков как бы и не было.
— Мы уже это… И муку достали, и сахар, и яблоки, и всё остальное, — отчитался Кайром.
Вроде и наглость, но как этим преданно глядящим мужчинам отказать?
Я вздохнула и отправилась к угловому шкафу за фартуком.
Очисткой и нарезанием яблок занимался Лекс, а когда настала пора бросить яблоки на сковородку, я в полной мере осознала всё коварство и продуманность оголодавших.
— Так, — сказал Лекс, упирая руки в бока. — Главную заслонку открыли!
Корни подошёл к самой большой из печей, завозился с каким-то механизмом. После этого, по кивку Лекса, Малин применил магию — сотворил широкий воздушный поток.
Воздух мягко проходил по всей кухне, закручивался в спираль и устремлялся к той самой печи, чтобы уйти через вытяжку. Как итог, аромат яблок звучал очень и очень слабо. Словно тут, на кухне, никого и нет.
— Если нас поймают, то опять отберут? — уточнила я.
— Не только. Ещё дисциплинарное взыскание влепят, за самовольное использование кухни и нарушение режима, — улыбнулся Аргрос."
"Миг, и я застонала.
