Жених с браком. Наследник

Иначе, поверь мне, я точно не отпустил бы тебя ни на шаг от себя, — эту фразу мне сложно было игнорировать, потому что она заставляла сердце выскакивать из груди. — В случае реальной опасности мы бы обзавелись охраной похлеще Михаила. А так, я всего лишь дал тебе личного водителя. Если учесть, как ты сама управляешь автомобилем, то это вполне логично с моей стороны, — усмехнулся он.

— Тогда к чему весь этот скандал, если Дима не опасен? — искренне удивилась я, проигнорировав его укол по поводу вождения. Я и сама это знала.

— Дима, как бы выразиться правильнее, — замялся Углицкий. — Он, скажем так, мелкий пакостник. Обмануть, подставить, выудить нужную ему информацию, схитрить и тому подобное — для него раз плюнуть. Не зря же в политику подался, — хмыкнул презрительно. — А ты такая доверчивая и при этом абсолютно не слушаешь советов. Тебя слишком легко обвести вокруг пальца. И ситуация с цыганкой это только подтвердила…

— Сам тоже хорош! Зная Диму, повелся на наш с ним поцелуй! — вспыхнула я, а он вздрогнул, словно я ударила его.

— Вспылил, ясно? Эмоции взяли верх. Не мог терпеть, что моя жена целуется с другим, — выпалил он, и мне показалось, что тут же пожалел об этом.

Получается, Влад готов быть чуть ли не прибить меня тогда не потому, что переживал о наследстве, а потому что… приревновал?

Ледяной Дракула? Меня? Да нет, чушь какая-то…

— Больше такого не повторится, — продолжил говорить спокойнее, словно его предыдущая фраза ничего не значила.

Его «прости» стало решающим выстрелом в голову… или, скорее, в мое кровоточащее сердце. В ответ смогла лишь легко кивнуть.

— Единственное условие… — замялся он. — Нет, просьба… — исправился поспешно. — Пожалуйста, не отказывайся от личного водителя.

— Хорошо, — согласилась, не задумываясь, а Влад прищурился с подозрением, будто не мог поверить в мою скорую капитуляцию.

— Мне пора, Марина, — неожиданно заявил, делая несколько шагов назад и пряча руки в карманы, будто сдерживал себя, пытался противостоять. Вот только чему? Или кому?..

Отошла от двери, но, вместо того, чтобы пропустить Углицкого, наоборот, приблизилась к нему и уперлась ладонями в плечи, преграждая путь.

— Нет, останься, — просипела с придыханием, и вышло чересчур неоднозначно и чувственно.