Кайса, считавшая окружного священника из Эльвдалена строгим, но в глубине души справедливым и добрым, была просто возмущена фанатизмом господина Натана.
Почему он изливал на них всю свою желчь? Почему он так ненавидел их?
Деревня Варгабю была проклятой, с угрозой напоминал он. Это был оплот сатанизма и языческих нравов. Разве он сам не видел скульптуру, изображающую Фрея, на берегу озера? Разве его самого не манили за собой демоны в лесу? Все больше и больше распаляясь, он невольно выдавал самого себя. Он кричал о том, что еле видимые в тумане фигуры хотели похитить его душу, но его спасла сила его веры.
Он видел женщину-демона с распущенными волосами и в грубой одежде, лежащую на склоне холма, со следами ран на теле. Вот оно, наваждение! Сатанинское наваждение! Суеверные люди из Эльвдалена пытались убедить его в том, что какой-то священник несколько веков назад приказал зарубить одну колдунью. Без сомнения, именно ее образ и заставил его увидеть дьявол, пытавшийся завлечь его в свои сети, пытавшийся заставить его поверить в реальность этой картины, чтобы он, в своем милосердии, бросился ей на помощь, а тем самым оказался бы во власти злых сил.
Но господин Натан раскусил все эти уловки. Он поднял свой крест, прочел заклинание, и видение исчезло.
— Мы никогда не видели ничего подобного, — произнесла Бритта своим ясным голосом.
— Тише, девушки, — пробормотал отец Кьерстин. — Вы должны верить словам священника!
— Да, но мы никогда такого сами не видели! Он не имеет права портить наш лес своими собственными темными домыслами!
Бритта была одной из тех женщин, которые добиваются многого, если им дать возможность учиться.
Но об этом она не имела никакого понятия.
Священник уставился на нее.
— Вы никогда не видели окружавшей вас мерзости потому, что вы сами являетесь неотъемлемой частью зла, царящего в этих местах. Будь это в моей власти, я бы сжег дотла эту деревню!
— Это уже было сделано однажды, — заметила Бритта. Это был злодейский поступок, и из-за этого теперь происходит то, на что вы, путники, жалуетесь.
Кайса слышала плач в голосе подруги. Ее пугала смелость Бритты, и в то же время она восхищалась ею.
Господин Натан поднял руку, словно собираясь ударить Бритту или, в лучшем случае, проклясть ее. Но он ограничился обычной угрозой:
— Горе вам! — воскликнул он. — Горе вам всем, говорю я! Ведь на Судном дне вы окажетесь среди падших! Господь низвергнет вас всех в адское пламя!
Какая-то старушка заплакала."
"Бритта встала и направилась к дверям.
