— Кусочек корня точно подходит! Значит, он был просто отрезан! С облегчением вздохнув, Андре сказал:
— Твоя прабабушка унаследовала этот медальон от своего деда Хавгрима. От Кристера Грипа! И доказательство этого — на столе! Добро пожаловать к Людям Льда, Мали!
10
На следующее утро, подходя к автомобилю, Мали сказала:
— Теперь, когда ты нашел требуемые доказательства, уже нет необходимости ехать в Эльвдален?
— Теперь это важнее для нас, чем когда-либо. Я должен отыскать других предполагаемых потомков Кристера Грипа.
Тебе хочется вернуться домой?
— Куда мне возвращаться? Нет уж, поедем в Эльвдален.
— А ты, Нетта?
— Конечно, я тоже поеду, это так интересно!
— Мне тоже так кажется. Как твоя голова?
— Спасибо, превосходно!
Нетта ничего не сказала о том, что она долго-долго лежала без сна и плакала, от чего голова разболелась еще сильнее. Она оплакивала свою судьбу, потому что ее преданность этому молодому человеку усиливалась с каждым часом. Ситуация становилась для нее совершенно невыносимой, поскольку у нее не оставалось больше никаких надежд.
Она не испытывала к нему эротического влечения. Нет, ее чувство было более тонким. Сердечность, которую можно было назвать любовью, потребность доставить ему радость, сделать для него что-то.
И она могла это делать, пока он был свободен. Но если бы он влюбился в какую-нибудь девушку — например, в Мали — Нетта сразу бы почувствовала себя лишней и ненужной.
Поэтому ее и мучила бессонница.
Тем не менее, в это утро она чувствовала себя бодрой.
Реакция могла наступить позже, среди дня, но тогда она будет просто дремать, как старуха, на заднем сиденье и клевать носом, не слыша, о чем болтают молодые.
Но Андре удивил ее, сказав:
— Мне кажется, если ты хорошо себя чувствуешь, Нетта, твоя очередь сидеть впереди. Что ты скажешь на это, Мали?
— Я не против, — усмехнулась девушка. — Первые две мили до остановки, а потом мы поменяемся.
— Еще чего, — ответил Андре.
— Нет, я просто пошутила, — тут же сказала она.
— Пусть Нетта сядет впереди, я готова пойти на такую великую жертву!
— Не строй из себя мученицу, — засмеялся Андре. — Ты все равно никого этим не разжалобишь!
И они тронулись в путь."
"День был таким же солнечным, как и предыдущий, но дорога на границе Норвегии и Швеции была просто ужасной. Им не раз хотелось повернуть обратно, и каждый раз, справляясь с трудностями, они чувствовали, что сжигают позади себя мосты.
