Все гладко, не придерешься… Надежда Георгиевна вздохнула, решив, что судья сейчас отпустит свидетеля, но та медлила, хмурилась, будто пыталась поймать ускользающую мысль, наконец просияла и спросила:
– Где был подсудимый, когда окликнул девушку?
– Как где?"
"– Где он находился? Зашел уже в арку или оставался на улице?
– Вроде бы на улице еще… Ну да, девушка свернула, а он остановился на улице при входе в арку, окликнул ее, а потом только пошел следом.
– Громко окликнул?
– Мы слышали.
Судья сложила перед собой руки, как отличница:
– Вам не показалось это странным? Зачем кричать на улице, привлекая к себе внимание, когда можно молча зайти в арку?
– Может, он так втирался в доверие, – резонно предположил оперативник, – если бы он молча последовал за девушкой, она могла испугаться и заорать в сто раз громче.
Ирина кивнула:
– Допустим. Тогда давайте уточним другой момент. Скажите, вы вошли в арку следом за Мостовым? Он мог вас видеть?
Оперативник кивнул и заметил, что в тот момент жизнь девушки беспокоила его больше, чем интересы следствия, поэтому о конспирации он почти не думал.
– Значит, он вас видел и все равно решился на преступление? На глазах у двух потенциальных свидетелей?
– Возможно, он нас не заметил или думал переждать, пока мы пройдем.
– Логично. Спасибо, больше нет вопросов.
Тут поднялся прокурор и объявил, что у него вопрос к подсудимому. Судья благосклонно кивнула.
– Подсудимый, вы утверждаете, что просто хотели проводить девушку?
– Да.
– И часто у вас бывают такие рыцарские порывы?
– Нет.
– Кирилл Вениаминович, отвечайте суду более развернуто, – доброжелательно сказала Ирина, – государственный обвинитель интересуется, есть ли у вас обыкновение охранять незнакомых девушек. Случалось ли подобное раньше?
– Вот именно! – перебил прокурор. – Может быть, вы назовете хотя бы одну спасенную вами таким образом даму, чтобы она подтвердила суду ваши благородные намерения.
Мостовой пригладил волосы и улыбнулся:
– К сожалению, не назову.
Ни до, ни, естественно, после этого случая я не навязывался в провожатые незнакомкам.
Бабкин самодовольно усмехнулся:
– Вот как? Отчего же вдруг такой альтруизм?
Кирилл медлил с ответом.
– Пожалуйста, Кирилл Вениаминович, скажите, зачем вы последовали за свидетельницей? – судья ободряюще улыбнулась. – Вам что-то показалось подозрительным? Или девушка понравилась? Была же какая-то причина.
