Женское счастье (СИ)

Мне кажется, я напоминаю слепого котенка, который ищет свою маму, чтобы получить тепло, заботу, молоко и... жизнь.

И ничего не нахожу. Снова.

Вместе с тем понимаю, что если я не нужна такому, как Герман, то высказывать какие-то претензии бессмысленно. Он даже жену не слушал. Несмотря на влиятельного тестя. Что ему я?

Или же может, он всё-таки занят?

В любом случае только время покажет, как всё обстоит на самом деле.

Печатаю короткое: "Хорошо". На душе скребут кошки. И мне не хочется выглядеть еще большей дурой, желая ему всяческих благ.

Вдруг у них с Демьяном такая игра? И следующим объявится Валеев, уверяя меня, что безумно любит? Тогда я точно попаду в дурдом. Не выдержу этого фарса.

Созваниваюсь с Жас. Болтаем с ней об отдыхе, о том, какой классный Антон. О Германе она не спрашивает. Словно того и нет. Сама я эту тему даже не затрагиваю.

Попрощавшись с сестрой, готовлюсь к первому рабочему дню после отпуска. Затем пью успокоительный чай и ворочаюсь часов до 2 ночи. После засыпаю беспокойным сном.

Встаю кое-как, разбитая и несчастная.

Проверяю телефон. От Германа по-прежнему тишина. Это меня убивает. Неужели Жас была права, и я её зря не послушала? Неужели я совсем не разбираюсь в мужчинах, и ко мне притягиваются только какие-то ненормальные? Неужели все притворяются, и Герман не исключение? Этих неужели - бесчисленное количество, и в компании с ними я захожу в школу.

В учительской не так много людей. Я им через силу улыбаюсь, стараюсь показать, как у меня всё хорошо.

Мне остается лишь надеяться, что по мне не видно, что я чувствую в действительности. Нет ничего хуже, чем быть несчастной. Но если об этом известно окружающим, то это настоящий апокалипсис.

- Как вы, Данечка, загорели, - обращается ко мне учительница физики, дама предпенсионного возраста, - На юг ездили?

- Да, - отвечаю, лишь бы она оставила меня в покое.

Но вцепиться в меня никому не удается. Дверь учительской открывается, появляется голова секретаря.

- Даниэла Генриховна, вас директор вызывает.

Срочно!

Я настолько зациклена мыслями на Германе, что иду в кабинет директора, даже не думая ни о чем плохом. Никакого предчувствия. Или чего-то там. Я вообще действую на автомате, утопая в воспоминаниях, где была вместе с шикарным мужчиной.

Поэтому стучу в дверь директорского кабинета без малейшего трепета.

- Войдите! - раздается из-за двери.

И я открываю дверь и прохожу в помещение.

Директор сидит в своем кресле, уставившись в телефон.