Женское счастье (СИ)

Что же мне делать, боже мой?! Ну, как же так?! А если это уже в интернете?

- Вон! - Никита Валерьевич подскакивает со своего места и указывает мне на дверь.

Как пьяная двигаюсь по направлению к выходу. Ничего не говорю. Что я могу сказать?

- И деньги за испорченный телефон переведите мне, пожалуйста, на карту. Не забудьте, Даниэла Генриховна. 99580 рублей - именно столько будет стоить мне приобретение нового аппарата взамен испорченного вами.

Никита Валерьевич возвращается к деловому стилю общения.

- Надеюсь, объяснять мне ничего вам не нужно. Напишите заявление в приемной. И уходите.

Я покидаю его кабинет. Хоть предлагать скрасить его досуг не стал. И на том - спасибо.

Дрожь разносится по всему телу. Сильнее и сильнее. Секретарши нет на месте. Вытягиваю из принтера лист бумаги. Кое-как пишу заявление на увольнение. Оставляю его на столе секретаря.

И едва сдерживая нервную дрожь, забираю из учительской свою сумку. У меня пытаются что-то спросить.

Я что-то отвечаю.

И бегу оттуда, не в силах там находиться.

Оказываюсь на улице, вызываю такси. Мне нужно домой.

Герман говорил, что видео есть только у него... Значит, отправить директору его мог тоже лишь он...

Не помню, как добираюсь домой. Перед глазами пелена из слез.

Вопросы таксиста, не случилось ли чего, меня раздражают. Что он лезет? Адрес я вбила в приложении, деньги списали с карты. Поезжай по адресу, и всё. Во мне поднимается волна ненависти к людям.

Особенно к мужчинам. Руки дрожат, в глазах стоят слезы. Но плакать в машине я себе не позволяю. Закусываю губу до крови. Во рту растекается металлический привкус.

Вылезаю из салона, ударяюсь коленом, но боли не чувствую. Потому что внутри так болит? Не слышу звуков, не ощущаю запахов, плетусь домой. И видеть не хочу ничего. Мир медленно умирает для меня. Знакомые ступеньки, дверь, подъезд, лифт, дверь квартиры... И, наконец, дом принимает меня, растерзанную и уничтоженную.

После того, как Демьян меня ударил, я была в похожем состоянии. Но сейчас оно в разы хуже. Я оглядываюсь по сторонам и ничего меня не держит на плаву.

Как жить теперь? Как?! Это Герман прислал видео директору? Проучить меня хотел? Показать моё место?

Всхлип рвет горло. Затем крик. Прямо в обуви захожу на кухню. кричу и плачу. Плачу и кричу.

А на гарнитуре висят ножи. И окно открыто.