Женское счастье (СИ)

Хотелось власти над мужиками. И по части возбуждения это было... Был полный улет. Но вот в плане удовольствия от самого процесса... Мне не зашло. Меня не очень привлекает анальный секс. Мне во время него неприятно. Да и больновато, если честно. Так что, когда они вдвоем в меня... Ну ты понимаешь. Я какое-то время потерпела, а потом...

Я понимаю, что меня сейчас ждет подробный рассказ о позах, о том, сколько это длилось и об остальных подробностях. Я ерзаю на стуле, представляя картины. И к своему стыду чувствую, как кровь приливает к половым губам.

Только этого не хватало! Должно же остаться в этом мире что-то нормальное!

- Жас, хватит! - рявкаю на нее, потому что она завела эту непонятную беседу. Которая мне не нужна.

- Ладно, ладно! - она поднимает обе руки вверх в знак своей капитуляции, - Ты же у нас правильная девочка. Не хочешь заниматься такими грязными вещами. Не занимайся. Только имей в виду - мужики, то, что недополучают от тебя, берут на стороне. И они все одинаковые.

Через секунду не дав мне даже опомниться, смотрит на свой телефон, где булькнуло сообщение, и говорит:

- Дань, за мной Славик приехал. Мне пора.

Встает и как ни в чем не бывало чмокает меня в щеку. А затем уходит.

Я же остаюсь у себя в квартире в полном раздрае. Во мне так много всего - и шок от того, что сестра так смело экспериментировала, и даже не с Крыжевским, и странная реакция собственного тела на ее рассказ, и непонимание того, где - правильно, а где - нет. И страх того, что она права - Демьян лишь терпит меня такую, какая я есть, пока я ему не надоела.

Что ждет меня, когда надоем?

Мне так неуютно и одиноко. Я сегодня вечером дома. У Дёмы какие-то свои планы.

Но он мне сейчас нужен. Действительно нужен, потому что мне плохо. И если я ему важна, то для него мой звонок не будет помехой. Для чего же мы тогда друг другу?

Набираю его, слушаю гудки. Они идут долго, а я всё не решаюсь поверить, что он не ответит.

Когда уже почти нажимаю отбой, Демьян отвечает:

- Дань? Что такое? - в его голосе нет раздражения.

Но и объяснить, что со мной я тоже не могу.

- Дём... - начинаю и обрываю саму себя. Что мне ему сказать?!

Там, где он сейчас, шумно - голоса, музыка...

И я начинаю сомневаться еще больше.

- Демьян! - слышу мужской возглас совсем рядом с Валеевым.

- Да подожди ты, Герман! - раздраженно бросает Валеев.